– Тэя, ты сегодня какая-то странная. Говорю, что наш преподаватель Марензи охренительно горяч.
Не найдя, что ей ответить, я раздраженно фыркнула и уткнулась в блокнот, пытаясь прожечь дыру в толстом переплете. Незаметно для меня самой, ладони под столом сжались в крепкие кулаки.
«Долбаная Клара!».
На протяжении всей лекции я старалась сосредоточиться на новом материале. Правда, старалась. Изо всех сил. Но все, что у меня по-настоящему получилось – это в деталях вспомнить потрясающий секс в служебной уборной.
Стоило Тони невольно облизать губу – в памяти тут же вспыхнули его поцелуи вдоль моих ключиц, приятные покусывания шеи, влажные следы на коже и его язык, ласкающий мой.
Во рту мгновенно пересохло. Сглотнуть и то вышло только один раз, когда в процессе объяснений Тони закатал рукава серого пуловера по локоть, и я буквально ощутила прикосновения его горячих ладоней на своем теле. Меня окатило дрожью. Никогда не думала, что можно так сильно завестись от какого-то наблюдения. Но сжатые ноги и учащенный пульс говорили об очевидном – я чертовски возбудилась, просто глядя на него.
В одежде. В этих облегающих черных джинсах, в которых он прямо сейчас ловко запрыгнул на край своего стола."
"«Черт возьми, да он издевается!».
Сознание озарила очередная вспышка о прошлой ночи, когда сильные руки Тони резко подхватили меня и усадили на столешницу, задрав кожаную юбку до самой талии. Как его футболка полетела на пол, а тесная комната заполнилась звоном пряжки ремня. Как его твердый член уперся мне между ног, а ухо опалил сладкий шепот:
«Хочешь меня?», – я на секунду прикрыла дрожащие веки, пытаясь совладать с бурной фантазией.
– Тэя, мать твою, ты уснула что ли? – возмущенный тон Клары заставил меня встрепенуться.
– А? Что? В чем дело?
– Спрашиваю: хочешь поспорим, что я пересплю с ним уже через неделю?
– Спасибо, не хочу, – я смогла только закатить глаза, в то время как мысленно уже в третий раз припечатала физиономию Клары к крышке стола.
– Ты скучная. Даже горячий препод не может отвлечь тебя от учебы.
Она наигранно фыркнула и, кажется, потеряла ко мне всякий интерес, а я снова приклеилась взглядом к тому самому «горячему преподу», который не давал покоя не только идиотке Кларе.
Я продолжила мельком разглядывать идеальные пропорции его лица, на которое, как и тогда в баре, падала пара прядей зачесанной кверху челки. Сканировала безупречную спортивную фигуру, очертания которой успела тактильно исследовать без этого серого пуловера.
