Этот взгляд гипнотизировал, завораживал, пытался просочиться в самую душу. Не разрывая зрительный контакт, Натаниэль медленно подступил ко мне на пару шагов. Мое дыхание участилось. Эти паузы заставляли чувствовать себя неловко, но в то же время доставляли какое-то необъяснимое удовольствие. Я остро ощущала тягу к нему. Будто на меня накинули невидимое лассо, затянули и дернули, чтобы я оказалась в объятиях этого мужчины. Странно, но мне этого хотелось.
– Может быть кофе? Чай? – пришла в себя я.
– Тебе нужно отдыхать, не забыла? Поэтому присядь, а я справлюсь сам.
Разумеется, с твоими наводками.
Я села за барную стойку, чтобы находиться ближе к Нэйту, уперлась локтями в столешницу и наблюдала, как он по-хозяйски орудовал на моей кухне.
– Где у тебя здесь кофе? – он обернулся, приоткрыв шкафчик.
Выражение его лица вдруг резко изменилось. Стало суровым и возмущенным. Я не понимала причины. В глазах Нэйта полыхал настоящий гнев. Губы сжались в узкую полосу. По моему телу пробежал холодок. Я проследила за его взглядом и поняла, что он уставился на мою ногу.
Платье слегка задралось, оголилось бедро, и его взору открылись постыдные отметины Алекса, такие же, как и на руках. Я в панике одернула платье и отвела взгляд в сторону.
«Черт побери».
Нэйт сжал челюсть и озадаченно посмотрел на меня, но ничего не спросил. И я была благодарна ему за это, потому что готова была сгореть от стыда. Наверное, он это почувствовал и поэтому тактично промолчал.
Оставшееся время кофе варился в тишине.
Эти минуты казались вечностью. И чтобы хоть как-то прервать воцарившееся молчание, я предложила пересесть на диван. Нэйт не спеша последовал за мной."
"После того, как я комфортно устроилась, он предложил мне чашку с кофе. Я потянулась за ней, но вместо того, чтобы передать чашку мне в руки, Нэйт быстро поставил ее обратно на кофейный стол и схватил меня за запястья. Осторожно, боясь причинить боль. Он плавно обвел большими пальцами покрасневшие опухшие пятна, не надавливая, едва касаясь подушечками пальцев проявившихся синяков.
Мое сердце заколотилось так, что стук отбивался в висках и внизу живота. Я боялась пошевелиться. Мне было стыдно. Я не хотела, чтобы он видел, чтобы смотрел, трогал, знал. Я боялась, что Нэйт посчитает меня грязной и жалкой.
– Тэя… – с трудом выдохнул он. – Я задам всего один вопрос, и пообещай ответить мне честно.
Он перевел взгляд с моих рук прямо в глаза. Там до сих пор шла борьба между злобой и терпением.
