И они до сегодняшнего дня являлись нашими самыми крупными партнерами на протяжении десяти лет.
– Я знаю…
– И ты хочешь сказать, что не имеешь к этому никакого отношения?
– Я… Нет. Я ничего не знала.
– Черт. Сейчас начнется веселье. Фостер рвет и мечет с самого утра. Если остальные партнеры пронюхают об этой ситуации раньше времени, нам крышка. Слишком много вопросов, на которые у нас пока еще нет ответов.
– Но ведь есть и другие партнеры. И у FostTRA полно собственных средств.
– Расторжение контракта с таким партнером, как Miles Financial Co.
, повлечет за собой немало проблем. Это очень плохо отразиться на нашей репутации. Тем более при условии, что инициатором расторжения являются они, а не мы. Если с нами внезапно отказался сотрудничать наш основной долговременный партнер, значит, в компании проблемы. И довольно существенные. А кому нужна проблематичная компания в списке контрагентов? Никому. Главное, чтобы это не обнародовали в прессе, и Фостер успел все прикрыть.
«Жаль мне тебя разочаровывать, Джаред, но что-то мне подсказывает, что в прессе это появится до того, как ты успеешь проглотить завтрашний утренний кофе… Хоть бы я не оказалась права».
– Тэя, если ты имеешь к этому какое-либо отношение…
– Не имею, – я резко одернула Джареда, не позволив ему окончить фразу. – Я так же ошарашена, как и ты.
– Ладно. Будем надеяться на лучшее.
Но после ланча ситуация стала только хуже. До нас дошла информация, что наши машины застряли в Европе, а ход грузу, переправляемому FostTRA, заблокировали в нескольких точках Испании, Австрии и Германии.
Офис был охвачен хаосом. Коуман буквально носился по этажам из отдела в отдел. Телефоны обрывали заказчики. Вдобавок ко всему, я не могла выбросить из мыслей Нэйта. Я ломала голову, что же с ним сейчас происходит, хватит ли ему сил все уладить, справится ли он и нашел ли решение. Я хотела быть рядом, чтобы поддержать его. Хотела помочь. Но знала, что сейчас я бессильна."
"Я вышла из офиса около девяти вечера в отвратительном настроении и без сил.
Размышления пожирали меня изнутри, пока я добиралась домой. В отличие от рабочих телефонов, мой мобильный молчал. Горечь нахлынула новым потоком, и какое-то паршивое чувство защемило глубоко в сердце.
Вина?
Я всячески пыталась отделаться от этой мысли, но она снова настигала меня.
– Неужели он действительно может потерять все из-за меня? – я тихо проговорила фразу вслух, застыв посреди своей квартиры, и тут же встрепенулась.
