Мне не нравится состояние Леи. Она как будто закрывается от меня. Нет! Не сейчас! Когда все проблемы решены.
Дома, в гостиной сажусь на диван и сажаю Лею себе на колени. Беру ее лицо руками, заставляя смотреть мне в глаза.
– Лея, посмотри на меня, – говорю мягко. – Все будет хорошо. Все закончилось. Ты мне веришь?
Молчит. Неужели сомневается?
Вдруг всхлипывает и обнимает меня за плечи.
– Егор, мне страшно, – кладет голову мне на плечо и почти шепчет в ухо.
Ей столько всего пришлось пережить. Бедная моя девочка.
Я просто обязан дать ей уверенность в завтрашнем дне. И я знаю, что успокоит ее лучше всего.
Глажу ее по голове.
– Я всегда буду рядом, Лея. Рядом с тобой и с нашим сыном. Больше никто не причинит вам вреда. Эти дни помогли мне многое осознать и переосмыслить. Я был не прав. Очень часто был не прав. И только ты спасала наши отношения. Теперь все будет по-другому. Понимаешь? А знаешь, почему? Я никогда не говорил тебе. Боялся. Откладывал. Сомневался. Но сейчас не могу не сказать. Ты – самое дорогое, что у меня есть.
Ты и Денис. А ещё… Лея… Я люблю тебя…
Я не помню, когда в последний раз говорил эти слова. Наверное, в прошлой жизни. Думал, это будет тяжело. Но на деле оказалось ещё сложнее.
Потому что, произнося эти слова, ждёшь реакцию. И пусть Лея тогда, в больнице, стоя возле моей кровати, прошептала эти три слова, все равно я не был уверен, что услышу их вновь. Сейчас. Здесь. Не в больничной палате.
– Я люблю тебя, Лея, – шепчу снова, как будто сам хочу ещё и ещё раз услышать эти слова от себя.
Лея быстро поднимает голову с моего плеча и смотрит мне в глаза. Как будто в них пытается прочитать, правду ли сказал.
Перевожу взгляд на губы. Когда я в последний раз целовал ее? Это было словно в другой жизни. Тяну ее на себя и впиваюсь губами.
Она отстраняется.
– Подожди, Егор, – просит и я собираю всю силу воли, чтобы не наброситься на нее.
– Что ты сказал? Мне не послышалось? Это… Правда?
Беру ее за затылок и опять притягиваю к себе. Жадно целую.
Моя маленькая. Нежная. Любимая. И только моя. С самой первой встречи. Только моя.
Отпускаю губы и говорю охрипшим от возбуждения голосом:
– Я люблю тебя. Люблю, Лея. Сколько раз ещё повторить?
Она обнимает меня, прижимается сама и шепчет, обжигая кожу своим дыханием:
– Я тоже люблю тебя, Егор.
Утыкается в плечо. Как будто стесняется сказанных ею же слов.
Улыбаюсь.
– Я знаю, Лея. Знаю.
Целую в шею.
Близость такого желанного тела сводит с ума. Пьянит.
