Следующим утром, будучи на работе, подготовила нужный документ, а когда пришел Крамер, на подгибающих ногах отправилась в кабинет к шефу. И это после весьма страстной и долгой ночи, во время которой мы практически не спали, много говорили, да и в принципе отлично проводили время.
Руки дрожат невероятно. Пришлось прижать бумагу к груди, чтобы листок, которому передается мое волнение, перестал также дрожать.
– Отлично выглядит, Василиса Андреевна, ваш сегодняшний наряд мне очень нравится, – произнес Крамер, стоило мне к нему зайти.
Ага, я старалась.
Бордовое шелковое великолепное кимоно расписанное белыми журавлями и цветами, и почти полностью построенный образ гейши. Не пошло, не развратно, а именно красиво.
Знаю образ не слишком подходит для увольнения, но вот захотелось мне сегодня так одеться.
– Спасибо.
Забыла о страхе, вошла в образ и неспешно красиво подошла к столу Крамера. Скромно опустив голову, положила перед начальником бумагу.
– Подпишите, пожалуйста.
На несколько мгновений Давид застыл, внимательно знакомясь с нехитрым заявлением, а потом поднял на меня ледяной взор.
Ух.
– Это шутка такая, Василиса Андреевна?"
"– Нет. Решение мной принято еще в Германии. Я не могу соответствовать вашим запросам. Вы ведь просили меня подумать, я все очень хорошо обдумала.
– Значит, обдумали?
Чего я совершенно не ожидала, так это того, что Крамер сходу, без угроз, подпишет моё заявление.
Отдавая бумагу мне, мужчина холодным безразличным тоном произнес:
– Мне казалось, вы умнее.
Две недели отработки обязательны.
Как можно быстрее испарилась из кабинета. Только оказавшись в холле смогла перевести дыхание.
Фу-ух. Повезло. Все прошло достаточно быстро и легко.
Больше всего страшилась мести Крамера, пыточных устройств и прочих прелестей, но день прошел достаточно спокойно, если не считать того, что Давид вел себя крайне холодно. В прошлый раз такая прохлада как раз закончилась подвалом.
Даже наказание не так страшно, как его ожидание. Весь день сидела, как на иголках, но вот работа окончена, в предвкушении жду, когда же Давид покинет рабочее место.
На курсы не пойду. Домой, домой, домой! Лечить нервы и сердце. Даю оно ноет. Ничего не могу с этим поделать. Можно и бутылочку вина взять, для лечения.
Наконец, шеф выходит из своего кабинета и требовательно смотрит на меня.
– Собирайтесь, Василиса Андреевна.
Ну, ёшкин кот! Неужели в клуб какой-нибудь с собой потащит? Или еще чего похуже.
– Куда?
– Домой.
Кхм-кхм.
