— Единственное, что я могу точно сказать — в последнее время я много думала про наше прошлое. И про детство и про подростковый возраст. В первую очередь я вообще пыталась понять, почему когда-то влюбилась в тебя. И наконец-то поняла. Хочешь узнать причину?
Брендон выкинул окурок в окно и начал закрывать его, но я тут же остановила альфу.
— Не нужно. Пусть будет свежий воздух.
— Не замерзнешь? — Дилан посмотрел на мои ладони, которые я прятала в карманах пальто. Грела их так.
— Нет. В машине тепло.
Что-то изменилось в черных зрачках Дилана, но он убрал ладонь от кнопки.
Окно осталось приоткрыто.
Альфа произнес:
— Да, я хочу знать причину.
— Возможно ли такое, что ты сам догадываешься?
— Нет. Когда я пять лет назад зашел в твою спальню и увидел твои тетради, первой моей мыслью было то, что ты идиотка.
Я засмеялась. Впервые за время нашего разговора. Или, наверное, вообще первый раз с тех пор, как мы встретились вновь.
— Это ты верно подметил. Я тогда действительно была идиоткой. Но не скажу, что мои чувства возникли просто так, — я развела руками в стороны, после чего опять спрятала ладони в карманы.
— Знаешь, мне ведь тогда действительно было очень тяжело. Нет желания это признавать, но все же мне хотелось быть частью стаи. Инстинкты, детская уязвимость и так далее. Вот только, в итоге твоя семья меня не только отвергла, но и часто втаптывала в грязь. Я лишилась друзей и в школе переживала не самый лучший период жизни. Иногда я вообще была на грани. И вот сейчас я скажу то, что больше никогда не повторю — в основном в те годы я держалась именно благодаря тебе.
Я вздрогнула, ощутив то, что альфа вновь прикоснулся ладонью к моей щеке. Словно хотел, чтобы я обернулась и посмотрела на него.
Но я тут же дернулась и сильнее отстранилась, практически вжавшись в дверцу. Уже устала это повторять, но все равно вновь хотела сказать, чтобы Дилан меня не трогал.
В итоге не произнесла ни слова, ведь случайно вдалеке увидела, что кто-то шел по тротуару.
Из-за темноты я не сразу поняла, кто это был.
Лишь, когда они подошли ближе, я под блеклым светом луны рассмотрела альфу и омегу. Ему около двадцати трех. Ей — восемнадцать или девятнадцать.
Молодые, горячие, беззаботные. Держащиеся за руки и постоянно целующиеся. Было видно, что они состояли в отношениях, а не просто сегодня встретились и решили вместе провести одну ночь. С какой же бережностью тот альфа гладил свою омегу по волосам. Наклонялся и целовал ее.
Было в них что-то завораживающее.