Тогда я внутренне напряглась и приняла решение использовать свои более сильные стороны.
- Рафаэль, извини… - прошептала я ему на ухо и мысленно приказала: «Расслабление!».
Рафаэль резко дернулся, а потом повалился всем своим весом прямо на меня и прижал меня к земле. Я была немного не готова к этому, поэтому потеряла весь свой воздух из легких. Когда мне удалось кое-как вдохнуть, я тут же быстро уперлась ему в грудь и оттолкнула его в сторону.
Когда Рафаэль повалился на спину рядом со мной, онемение его мышц уже начало исчезать, и на лице его отразилось изумление.
Но он, наконец-то, пришел в себя, и вдруг я ощутила его гнев. Гнев на самого себя. Он медленно сел и с отчаянием опустил голову. Его длинные волосы соскользнули с плеч и почти закрыли лицо, а я задрожала от нашедшего на меня чувства вины. Он мучается из-за меня! Из-за моей недосказанности! Но… я же не могу вот так просто рассказать ему то, что призвана была тщательно скрывать! Ведь не просто так Ангел повелел мне изображать мужчину до сего дня! Однако… может, в лице Рафаэля я могу сделать исключение?
- Прости меня, - неожиданно прошептал Рафаэль печальным шепотом.
– Я… совсем разучился владеть собой…
Он поднял на меня взгляд, полный тоски, и тихо произнес:
- Я… люблю тебя до безумия, Ариан! Я думал, что мне помешает твоя принадлежность к мужскому полу, и я не смогу возжелать близости с тобой, но я… проиграл сам себе! Но я больше не хочу быть таким… бессильным! Я воин! Я генерал великой империи Ран, и не мне быть каким-то жалким рабом страстей!.
. Прости, дорогой… Обещаю, что отныне буду сильнее этого.
Он замолчал, а потом еще более приглушенно добавил:
- Ничего не случится между нами, пока… не придет время или… ты не решишь сам. Я обещаю тебе. Я… больше не буду слабым, даю слово…
Он замолчал, а я едва не предалась слезам, ощущая вместе с ним его смятение.
- Хорошо, - немного подавленно прошептала я. – Хорошо…
…Он разрешил мне отлучиться ненадолго в одиночестве, а я выскользнула из лагеря и отправилась снова к ручью.
Но не дошла к нему, а остановилась прямо в поле. Прохладный ветер играл с моими волосами, а звездное небо располагало к глубокой задумчивости. Мне было о чем думать и о чем беспокоиться."
"- Ангел, - тихо позвала я, и голос мой отчего-то дрогнул. – Приди, пожалуйста! Мне нужно поговорить…
Он появился через несколько мгновений, озарив землю волнующим небесным сиянием. Моя душа болела о Рафаэле, и это чувство тотчас же излилось на него.
