– Уходи «лесенкой», не давай перехватить!
– Да знаю я! – огрызнулся Иан и вдруг крикнул: – Вон они!
И действительно, впереди слева из боковой улицы вывернул большой черный автомобиль, чуть не встал на два колеса в повороте, а затем рванул нам навстречу, быстро набирая скорость.
– Стреляй! – закричал Иан.
– Тихо! Просто езжай!
Если у них нет «двухстороннего радио», то они просто не знают, что произошло. Им сначала надо доехать до расстрелянного «Студебеккера» и лишь потом гнаться за нами, если мы будем еще в поле зрения.
Машина все ближе, включенные фары режут глаза как прожектора. Затем большой седан, оказавшийся «Роадмастером», пронесся мимо нас. Тут, наконец, случился поворот направо, и Иан свернул туда, да на такой скорости, что я испугался за покрышки. Или того, что мы просто ляжем набок. Мотор чихнул, но сразу выправился, «шеви» проскочил до следующего перекрестка, ушел налево, на следующем направо… понятно, поэтому и «лесенкой», так трудней всего перехватить.
Первым делом в гараже мы сменили тент с эмблемой и номера.
Это для таких вот выездов как сегодня. Был тент черный, стал хаки, брезентовый, с рекламой гаража. Таких грузовичков много, их хорошо берут. Другие компании делают пикапы на рамах легковых, и только «Шевроле» выпустил вот такой. Он и грузит больше и по весу, и по объему, поэтому их из новых чуть не половина в городе – устанешь искать. И цвета всего два, так что…
Потом удалились в конторку Иана, который, не говоря ни слова, налил два скотча нам обоим. Так меня от виски чуть ли не мутит, но вот в такие моменты нужно.
Посмотрел руку – ничего, просто красная полоса, пуля впритирку прошла, выходит.
– Что мы взяли? – спросил Иан.
– Считать сейчас будем. – Я поставил сумку на стол и открыл клапан. – Начнем с фунтов.
– А там еще что-то?
– Есть и еще, но об этом потом.
Фунтов оказалось больше тысячи семисот, по восемьсот пятьдесят на каждого. Немало. Я ожидал меньше. Но я вообще много чего не ожидал от этой вылазки – тут сплошь сюрпризы. Иан забрал свою половину, завернул в газету зачем-то.
"
"– Вот дальше интересное, – сказал я, доставая пачки долларов. – Здесь, считай, еще двадцать четыре сотни, если пересчитать. Но делить пока их не будем, не нравятся они мне.
– Чем?
– Новые и номера подряд.
– Не фальшивые же?
– Могут быть переписанными, например. Или с какого-то большого скачка. Сгорим ненароком.
– Что хочешь сделать?
– Продадим. Восемьдесят центов за доллар. Но зато получим фунты и ношеными купюрами.
