– И как я это потом верну?
– Прочитаем в контракте. И будем ругаться до хрипоты по поводу его содержания.
В этот день мы сделали все. Заехали к Бриджит и прочитали прямо в приемной контракт, который оказался не очень сложным. Сол претендовал на долю в доходах и возмещение предварительно понесенных расходов «согласно графику, который будет определен позднее согласием сторон», то есть уже прикрыл от Сюзет тот факт, что плачу я. Со своей стороны он обязался подбирать самые выгодные ангажементы, вести за Сюзет переговоры и отстаивать ее интересы, и все подобное.
В общем, подводных камней в контракте я не заметил, даже срок был разумным – пять лет, с возможностью продления.
Сол даже был настолько любезен, что оставил у Бриджит конверт с чеком на восемнадцать фунтов – «двухнедельное содержание и аванс на обустройство», как было на конверте написано, отчего Сюзет пришла в полный восторг, а я похвалил себя за сообразительность. С этого момента ее подозрения улеглись, и мы уже совершенно спокойно поехали по объявлениям.
Квартиру нашли, она была третьей в списке. Три квартала от меня, шестиэтажный дом, третий этаж. Прихожая, слева дверь в ванную, небольшую, но чистую и новую, а прямо жилая комната с кухонным уголком и даже с перегородкой. Небольшая, но очень приличная спальня. Радио, телефон. Линия, правда, разделена с соседней квартирой, но подслушивать соседи не могут. Вся мебель новая, это хороший район и не дешевая квартира для своего размера. За нее просили четыре фунта в месяц.
Сол полагал, что его подопечные способны выдержать подобные траты из своей «стипендии», но Сюзет верила, что это все отдельно, надо лишь сообщить адрес в его офис.
Пока Сюзет осматривалась и разговаривала с менеджером, я ненадолго отлучился, проехал мимо своей квартиры, убедившись, что ее не сожгли, затем с уличного телефона снова позвонил Сингеру. Тот сказал, что Жильбер пока не объявлялся. Черт, что-то надолго он пропал. Совсем завяз в слежке? Плохо, что у него даже секретарши не было: если он из своего офиса ушел, пока не вернется, с ним не поговоришь.
Потом Сюзет уже из квартиры позвонила во «Фламинго» и сказала, чтобы на нее не рассчитывали, она нашла другую работу. Контракт там никто из девушек не подписывал, так что никто не удивился и не разозлился.
– Когда ты переезжаешь? – спросил я после того, как она повесила трубку.
– Завтра. Сегодня поговорю с мамой, все расскажу, соберу вещи.
