Ася, расслабленно откинувшись на спинку стула, ждала начала следующего представления, как вдруг:
― Вот вы, например, ― указала он на Асю и поманил к себе. ― Выходите ко мне! Смелее, смелее!
― Нет, нет, я не… ― замотала головой Ася.
― Иди, иди! ― подгонял народ за столом.
― Я не кусаюсь, ― широко улыбнулся фокусник и приглашающе вытянул руку.
― Если он тебя распилит, то я оторву ему голову, ― шепнул на ухо Глеб.
Что-то было в его словах.
Какой-то едва уловимый огонечек посреди черного неба, маленький крючок, за который Ася тут же зацепилась.
«Он за меня готов оторвать голову», ― идя к фокуснику, улыбнулась она, сама не понимая, почему эта фраза ее так сильно взбодрила."
"Слава богу, фокус не был связан с распиливанием или игрой с огнем. Безобидное шоу с неожиданным появлением голубя и всего-то. А Асе просто выпала честь стать ассистенткой фокусника, и пару минут подержать темную непроницаемую ткань над его шляпой.
Зато Глеб заметно взбодрился, стоило ей только выйти под свет софитов.
Он блуждал взглядом по ее коротенькому платью и стройным ножкам. Ася заметила, как он выпил еще одну рюмочку.
«Что с тобой на так? ― думала она, наблюдая за ним. ― Я вижу, какими голодными глазами ты сейчас на меня смотришь, но что же тогда тебе мешает проявить свои чувства?»
Как только Ася вернулась за стол, ее со всех сторон облепили вопросы.
― А голубь правда был в шляпе? Ты видела его?
― Испугалась, когда шла? ― посмеялась соседка справа. ― Я думала, что он тебя тоже распилит.
― И я так подумала. ― Ася с облегчением выдохнула и приложила руку к груди. ― Фу, как представлю, ― хохотнула она и, сморщив лицо, смахнула с себя что-то невидимое. ― Лети-лети, ни на кого не попади!
Глеб рассмеялся.
― Как мне в тебе это нравится, ― внезапно сказал он, и, взяв Асю за руку, заглянул в лицо. ― Потанцуем, суеверная девушка?
Ася вышла с ним в середину зала, где, после ухода фокусника, уже вовсю кружились парочки. Глеб обнял ее за талию и прижал к себе.
― Прекрасно выглядишь, ― сказал он, слегка касаясь губами уха.
― Спасибо! ― улыбнулась Ася, чувствуя, как по всему телу хлынуло тепло.
«Может, я просто накрутила себя, а? Может, у них с Вероникой нет ничего? Ведь он же так обнимает меня, так смотрит…»
Асю сводила с ума его внушительная фигура, к которой она имела полное право прикасаться, дурманил головокружительный аромат горьковатого одеколона, а от движений его рук, скользящих по полуобнаженной спине, подкашивались коленки.
