— М-м-м, — мечтательно промычал он. — Сперва я медленно, целуя каждый миллиметр твоей сладкой бархатной кожи, сниму с тебя это платье.
— О, — протянула я смущенно и в то же время очарованно.
— Затем ты разденешь меня. Мы пойдем в ванную комнату, неспешно и с удовольствием...
Кончики пальцев налились электричеством, предвкушая соприкосновение с его обнаженным телом.
— И? — выдохнула заинтриговано, на секунду замерев, когда Райден переместился по теневому пути прямиком в спальню.
«Один этаж он не мог потерпеть, посмотрите на него», — довольно прогудела ехидная часть меня.
— Я не силен в словах, моя сладкая. Я предпочитаю действовать.
Дверь с грохотом затворилась, отрезая нас от всех и вся.
Заглянув в его глаза, медленно облизнула губы. Что там будет, в этой ванной? Кажется, на сей раз мы примем ее вместе.
— Тебе придется меня отпустить, чтобы раздеть, — произнесла еле слышно. Голос сел от мелькающих перед глазами неприличных картинок.
— Это совсем не обязательно, леди Вредность.
Я научу тебя одному заклинанию. Я много чему тебя научу. Тебе понравится.
— Обещаешь? — зачем-то потребовала я.
— Обещаю. Не отвертишься.
* * *Из портала, стоящего в храме богини Смерти, выходит мужчина. Он одет по-походному, в бесчисленных карманах прячутся зелья и амулеты; боевые руны сияют так ярко, что их свет пробивается из-под ворота утепленной кожаной куртки, подсвечивая голубоватым суровое лицо, делая его мрачным и страшным. Потусторонним.
Он прислушивается к ощущениям, без труда вычисляет местонахождение дамы и степенно идет в нужную сторону.
Знает — она не сбежит, не спрячется, не увильнет от неприятного разговора.
— Я просила тебя не приходить в мой дом.
В ее голосе — ни капли любезности. Пространство едва не звенит от напряжения, настолько ей неприятно его присутствие.
— Если бы ты чаще навещала отчий дом, в моем визите не было бы нужды. Заметь, из уважения и любви к тебе я пришел телепортом, а не как обычно."
"— Премного благодарю, — без выражения произносит она.
— Какими судьбами?
— Отец ждет внуков, сестра.
Сообщение подобно взрыву. Долг зовет.
Игрушки богини замирают, словно многотысячная армия воинов, поистрепавшаяся от времени.
Краски становятся четче.
Она вернулась в реальность. Посмотрела на брата внимательным взглядом.
— Ты бы завоевывал поменьше миров, — огрызнулась Мори, как в далеком-далеком детстве, когда ей сообщили о том, что Смерть всегда идет рука об руку с Жизнью.