С удовольствием отщипываю сладкие, сахарные пушинки от рожка и кладу их в рот, наблюдая за посетителями.
Я уже улавливаю вонь. Поскольку на территории собралось так много людей, мне требуется некоторое время, чтобы определить точный источник. Продвигаясь к вони, я продолжаю наблюдать, непрерывно вдыхая, подобно K9 2в поисках запрещенных веществ.
Запах определенно гниловатый. Я морщу нос, останавливаясь на полушаге, чтобы уловить направление. Кто-то врезается в мое плечо, толкая меня вперед и выбивая сахарную вату у меня из рук.
Я смотрю, как облако сахара катится по грязной земле, собирая грязь и траву.
Я хмурюсь, глубокая печаль зарождается в моем желудке.
Девочка поворачивается, глаза ее расширены.
— Мне так жаль, — торопливо произносит она. У нее красивые белокурые волосы, карие глаза и прекрасная фарфоровая кожа.
Ее было бы действительно интересно порезать.
Пристально глядя на нее, я делаю шаг в ее личное пространство. Она замирает, отшатываясь от меня, когда я прижимаюсь носом к ее шее и глубоко вдыхаю.
— Эй, какого хрена? — вскрикивает она, выходя из ступора и спотыкаясь. — Ты только что, блять, понюхала меня? — недоверчиво спрашивает она, уставившись на меня, как на отморозка. Мои темно-каштановые волосы собраны в высокую косу, губы небрежно накрашены, а лицо, разрисованное так, будто у куклы треснуло стеклянное лицо, — это должно выглядеть жутко.
Мои глаза чуть не закатываются, когда я улавливаю ее сладкий аромат. Она пахнет маргаритками.
— Ты хорошо пахнешь, — улыбаясь, отвечаю я, чтобы она больше не злилась на меня. Я больше не злюсь на нее, и это она испортила мою сладкую вату.
Ее подруга, которая стояла позади девочки, подходит к моей маленькой маргаритке. Она тоже смотрит на меня, как на ненормальную.
Мне это не нравится. Я просто пыталась убедиться, что она не гнилая.
— Ты что, не понимаешь, что такое личное пространство? — огрызается ее подруга. Ее оранжевые волосы вьются, и слишком большое количество веснушек покрывает ее лицо.
Я нюхаю ее тоже. Она пахнет маками. Мне нравится ее запах, и если бы я не стремилась уберечь хороших людей в этом мире, я бы попыталась разлить ее запах по бутылкам. Может быть, размочить ее плоть на некоторое время, чтобы посмотреть, удастся ли собрать аромат. — Ты на ярмарке с привидениями. Привыкайте к жути, — отвечаю я. Когда они просто уставились на меня, видимо, не находя слов. Тогда я широко улыбнулась и продолжила идти.
