Тени стали приближаться. Они двигались более уверенно. Видимо, не добившись от предполагаемого хищника ожидаемой реакции (ответного рычания, например), подумали, что время пришло."
"Когда звери метнулись к ней, Елена Николаевна резко развернулась и побежала. Оказалось, что до двери оставался буквально десяток метров.
Но она была закрыта!
Добравшись до входа, Елена Николаевна попыталась с ходу отодвинуть камень, однако в этот момент все ее инстинкты взвыли. Кто-то был слишком близко! Еще мгновение – и он вцепится ей в шею!
Понимание этого было настолько четким, что Елена Николаевна ни на миг не усомнилась в своих выводах.
Она развернулась и махнула перед собой рукой.
Безумно хотелось зажмуриться, но вместо этого она широко распахнула глаза, словно это могло чем-то помочь.
В какой момент она достала нож, Елена Николаевна не помнила. Просто он был там, будто появился сам собой.
Однако на этот раз ей не удалось ударить в нужное место. Она вообще никуда не попала – от удара нож выбило из ее руки. Елена Николаевна взвыла.
Ей вторили несколько голосов. Она понимала, что осталась полностью беззащитной. Все, что у нее было в руках, – это шкура. Почему она ее не бросила, Елена Николаевна понятия не имела.
Мир вокруг внезапно изменился. Воздух задрожал, будто нагретый. Ночь стала бархатной и теплой. Елена Николаевна вздрогнула, ощутив, как внутри все завибрировало.
Темный силуэт кинулся снова. Она вскинула руку, пытаясь хоть как-то защититься. Кожу лизнуло что-то горячее. А в следующий миг зверь вспыхнул факелом.
Елена Николаевна вскрикнула, закрыв ладонями лицо. Послышался ужасающий визг.
Ее охватила дикая паника, но вместо того, чтобы сжаться в комок, обхватив голову руками, Елена Николаевна развернулась, с легкостью (видимо, на адреналине) отодвинула камень и заскочила в пещеру, закрывая за собой дверь.
Когда камень встал на место, Елена Николаевна привалилась к нему спиной, будто боялась, что звери начнут толкать его с той стороны.
Сердце бешено колотилось, голова слегка кружилась, а тело трясло.
Боже, в этом мире она поседеет еще до достижения двадцатилетия! Впрочем, волосы на этом теле и так имели очень светлый оттенок.
– Что это было? – пробормотала она, пытаясь справиться с дыханием.
Как только мозг понял, что немедленная смерть больше не грозит, он отключил аварийный режим. Елена Николаевна едва не рухнула, настолько слабость, прокатившаяся по телу, оказалась неожиданной и сильной.
Подняв дрожащую руку, она стерла со лба пот и прислушалась.
