Если Елена Николаевна подходила к нему близко, то и она удостаивалась чести быть обруганной.
В сторону матери он иногда смотрел, но больше не подходил, лишь тихо поскуливал, словно все еще пытался позвать.
Когда туша была водружена на импровизированную волокушу, Елена Николаевна подхватила шкуру за концы и на пробу потянула. Тяжело! Но деваться некуда, надо тащить. Бросать столько мяса она не собиралась.
Волчонка взять в руки она не могла. Обе руки были заняты концами шкуры. Иначе тушу просто не утянуть.
Упираясь ногами в снег, Елена Николаевна сдвинула шкуру с тушей с места.
Протащив будущий запас еды пару метров, она остановилась. Господи, сколько же весит этот зверь? Как мужчины в прошлый раз так легко его подхватили вдвоем? Даже думать не хотелось, насколько сильны местные жители. И ведь потом, разделывая барса, они так свободно его вертели, словно туша весила килограммов пять от силы.
Удрученно вздохнув, Елена Николаевна нашла глазами щенка. Тот шел следом за ней, сражаясь со снегом. Он был слишком мал, поэтому иногда погружался в сугробы с головой.
Елена Николаевна, честно говоря, была удивлена. Она думала, что щенок прилипнет к волчице и придется оттаскивать его силой. В конце концов, это ведь детеныш волка.
Возможно, она попыталась бы обдумать ситуацию более тщательно, но сейчас имелись гораздо более важные проблемы, решить которые следовало как можно скорее.
Идет волчонок следом? Прекрасно! Ей проще. Нести его будет неудобно, даже несмотря на его размер. На шкуре его вряд ли заставишь сидеть.
Поэтому Елена Николаевна сочла странное поведение крохотного волчонка за благо.
Убедившись, что он не отстает, она потянула шкуру дальше.
Приходилось останавливаться каждый десяток метров. Дожидалась, пока щенок доберется до нее, и тянула шкуру дальше.
До пещеры они добрались уже в темноте. К этому моменту Елена Николаевна сильно устала и даже вспотела! На улице стало очень тепло, явно выше ноля. Время от времени налетал резкий ветер, грозящий перерасти во что-то более серьезное.
Волчонок все еще следовал за ней. Судя по его измученному виду, он невыносимо устал. Что неудивительно, учитывая, насколько сложно ему давалось передвижение.
В один момент Елена Николаевна даже пыталась все-таки посадить его на шкуру, но он сразу слез. Сажать его за пазуху она не решилась. Казалось, он в любой момент мог укусить. А укус – это очень опасно в мире, где нет лекарств. Умирать от занесенной в рану инфекции в планы не входило.
