***
Бост никогда не думал, что все будет вот так. Раньше, конечно, мелкие ссоры тоже случались, но они не достигали таких размеров.
Все началось еще тогда, когда Медведь ушел вместе с шаманом и своей женой в отдельную пещеру.
В тот день его ругали еще больше, чем в первый раз, а его жену большинство в племени и вовсе возненавидело.
Люди считали, что Медведь был им обязан, ведь они росли вместе, были близкими. Но нет, тот по какой-то причине выбрал вовсе не их. Разве это не предательство?"
"Женщины грозились вырвать все белые волосы жене Медведя.
Они были уверены, что именно она была главной причиной решения их соплеменника.
Часть людей держалась в стороне от всех подобных разговоров. Они понимали, что Медведь был в своем праве, но его решение все-таки задевало их. Эти люди никак не могли до конца определиться, что именно чувствуют, поэтому молчали.
Они с завистью смотрели на других. Им тоже хотелось бездумно верить в свою правоту, но червячок сомнения грыз изнутри, и его противный голос нашептывал, что они не могут в своих бедах обвинять другого человека.
Бост был одним из таких людей. Он злился на Медведя, но нехотя признавал, что тот действительно был ничем не обязан племени.
Пока остальные тратили время на ругань, он с парой человек, которые придерживались похожих взглядов, начали думать, как племени жить дальше.
Почти все старейшины были заняты – они ругали шамана, который так легко бросил их. Как люди племени теперь будут выбирать пару?
В общем, от них тоже не было никакой пользы.
А время шло. Мясо само себя не поймает. Да, вокруг бродило множество травоядных животных, однако большинство из них были крупнее и сильнее человека.
– Куда? – спросила своего мужа Мара, жена Боста.
В это раннее время все еще спали, утомленные прошедшим днем. Дети Боста и Мары сопели рядом, окружив мать со всех сторон, – так привычнее и теплее. Даже летом в пещерах было прохладно. Холод от камней часто вызывал болезни.
– Охота, – прошептал Бост.
Мара увидела в свете слабого, догорающего костра, что около входа ее мужа ждут еще два человека. Желудок судорожно сжался от голода. Хотелось есть, но несколько дней у племени были одни неудачи.
Кивнув, Мара снова легла, устроившись удобнее. Во сне голод ощущался не так сильно. Главное теперь – заснуть.
Бост с сожалением посмотрел на свою семью, сжал зубы и направился к товарищам.
Они выглядели хмурыми и решительными.
