Потом она вроде бы снова была замужем за скромным служащим банка, привезла его откуда-то из провинции. Он вдруг как-то неожиданно для всех сделал карьеру, разбогател, создал свой собственный банк и опять-таки после этого вскоре развелся с Аленой. Но снова без всякого скандала, нигде ни слова, ни строчки про это не мелькнуло. Банкир не уехал в Москву, и известно, что он с Аленой поддерживает хорошие отношения, дружеские, как-то их видели вместе в ресторане. И уже когда Алена работала на канале ПТЦ, стали видеть ее с одним молодым рок-музыкантом, который тоже вскоре вдруг стал ужасно знаменитым и популярным, после чего уехал за границу, с тех пор живет и плодотворно работает в Штатах.
Недавно сама Алена сделала про него часовую передачу, кстати, весьма неплохую. Вот и все. Как сейчас у Алены с личной жизнью, никто не знает, с кем она живет, есть ли дети... нет, детей, кажется, нет, да это не важно.
Каморный вздохнул и отправился домой, а наутро решил отбросить посторонние мысли и заняться работой, то есть расследованием загадочных убийств.
Ведь он же обещал своим зрителям, что каждый день будет сообщать им все новые подробности, так надо держать слово.
Прежде всего нужно заняться этой ненормальной теткой – убийцей Бураго. Каморного мучила мысль, что он упускает очень важную деталь. Где же он слышал про Валерию Петровну Анищенко?
Память репортера Александра Каморного никогда еще не подводила, и он вскоре вспомнил, где слышал про интернат для слаборазвитых детей.
Жена Веретенникова, устроившего акт самосожжения в ресторане «У Клары и Карла», раньше работала в этом интернате и даже поминала в разговоре завуча Валерию Петровну.
Ощутив эту мысль, Каморный, что называется, взмыл орлом, крикнул оператора Николая, который, надо сказать, был сегодня не в лучшей форме, очевидно, опять с похмелья, и запихнул его в машину.
– Опять вчера нализался? – ворчливо начал Каморный. – Смотри, Николай, таким манером недолго ты у меня продержишься.
Лучше бы за девками бегал, для здоровья полезней.
– Я совмещаю, – угрюмо буркнул Николай.
«Кто на тебя, валенка такого, польстится?» – издевательски подумал Каморный, но вслух этого не сказал, потому что голова его была занята другим.
Николай тоже промолчал. Какие-то смутные воспоминания бродили в его проспиртованном мозгу, он помнил, как Света Малькова пришла к нему, а вот дальше... ну и ладно, было бы что вспоминать.
