Где-то в зале был и Беон с Дорианом, но парни, как «потерялись» с начала вечера, так до его окончания и не нашлись. А я бы лучше с ними рядом стояла, чем с многочисленными родственниками Дайрона.
Я уже была знакома и принята родителями моего дракона, но остальные родственники видели меня впервые и изучали, как какое-то уникальное растение, которое и сорвать жалко, и оставлять расти страшно. Кто знает, на что я ещё могу быть способна?
Так что первую половину вечера я была как на иголках: всем улыбалась, старалась быть вежливой и не очень грубо отвечать на особо каверзные вопросы.
Дайрон не всегда был рядом, по долгу службы, как первый обращённый дракон, он отлучался поговорить с теми или иными драгхарами. Об обороте, о ходе расследования, как остальным обратиться в драконов, об увеличении магии, самочувствии…, и я часто оставалась с его родителями.
За эти месяцы в драконов обратились ещё два драгхара. Это стало поводом думать, что оборот теперь доступен многим, но пока никто не мог понять, что именно влияло на пробуждение второй ипостаси.
А я понимала — эмоции. Страх за свою половинку, ведь у тех драгхаров, вернее, уже драконов, с истинными тоже были еды. У одного из них девушка не смогла раскрыть крылья и начала падать с огромной высоты, а у второго… рожала.
Вот вам и сильные эмоции, и страх потерять единственную.
А во второй половине вечера кое-что изменилось.
Пока я слушала очередных родственников, ко мне подошёл Дайрон, извинился перед ними и украл меня на середину зала, мягко развернув к выходу, где стояла…
— Белль?
Я не поверила своим глазам.
В конце зала, рядом со знакомым мне советником по безопасности, Рагнаром Эризданом, ещё одним обращённым драконом стояла моя сестра.
На ней было красивое, лёгкое голубое платье с золотой оторочкой и таким же поясом, невероятно воздушное, летящее. Совсем непохожее на те наряды, что мы поносили у себя дома. В отличие от моих распущенных и чуть завитых волос, собранных на макушке золотой заколкой, причёска Белль отличалась элегантностью и достоинством.
Словно она уже замужняя дама и не может позволить себе такие вольности, как распущенные волосы. По крайней мере, у людей было именно так.
От этой мысли кольнуло в груди. Если это так, то… я не увидела близняшку у алтаря…
Она меня не видела, но в какой-то момент встрепенулась, заскользила глазами по залу и тут же отыскала меня. А на губах сестрёнки тут же заиграла улыбка.
