Было понятно, что в лаборатории мог делать император с сыном и отцом Дайрона. Они всегда контролировали любое дело, связанное с драгонией. Целителей Дайрон уже проверил, но эти три драгхара заставили задуматься.
Ментер сжал в руке клочок пергамента и произнёс лёгкое заклинание, после чего от бумаги не осталось даже пепла. Не стоит оставлять ничего, что могло бы указать на интерес Дайрона к этому делу. Ни одной улики.
— Что-то ещё можешь добавить? — спросил он наёмника.
— Да, драг-лорд, — басовито ответил бывший страж отца.
— Не далее как на прошлой неделе в лабораторию спускался ваш кузен. Разрешение у него на это было, подписанное самим императором.
Неудивительно. Без данного магического допуска, который фактически выжигали на коже, спуститься туда было невозможно.
— Хорошо, — кивнул ментер. — Благодарю за помощь, Галат. Можешь идти.
Страж поклонился, развернулся и ушёл теми же неприметными дорожками, какими шёл сюда, а Дайрон послал вслед за драгхаром запах. Ненавязчивый, еле слышный, но нужный.
Этот запах должен был стереть воспоминания о сегодняшней встрече, а запущенное следом заклинание подправит память драгхара за пару прошлых дней.
Пусть Дайрон и доверял Галату, но осторожность не помешает. Сейчас даже близким не стоит верить. Убедившись, что заклинание достигло цели и вступило в силу, драгхар развернулся и направился в сторону портала, проходя мимо белоснежных домов столицы.
Сегодняшний день был сложным. Не легче, чем предыдущие недели.
Когда казалось, что он вплотную подбирается к разгадке, когда вот-вот поймёт, кто стоит за эпидемией и дурманит головы адептам, как натыкался на очередной тупик. Этот кукловод, кем бы он ни был, очень хорошо подготовился. И имена, которые он прочитал на скрученном пергаменте, только доказывали это.
Два кузена, брат и старый друг.
Удивительная и странная компания, надо сказать.
Брат.
Дайрон знал, что Дориан никогда не интересовался драгонией, терпеть её не мог. Всегда морщился и старался всячески избежать обязательной «пытки» этим деревом.
Ведь всех членов императорской семьи, даже дальних родственников, закаляли этим растением на случай попытки отравления. Драгония и сейчас могла нанести организму Дайрона урон, но не такой сильный, как могла бы. Дориан это терпел, но никогда не любил.
Так что же он забыл в лаборатории?
Кузены.
Тут вопросов еще больше. Один из них приходится Дайрону братом по материнской линии, второй по отцу.
