Он предпочел бы никогда больше этого не делать. От едкого запаха пороха ныла давняя рана, которую он не замечал, пока не начинал стрелять. Он ненавидел войну и выводил убийц на чистую воду в мирное время, потому что преждевременная смерть противоестественна. Люди не должны решать свои проблемы, убивая себе подобных. Но жизнь — это квест, где выбор не всегда делаешь ты. Или он настолько непростой, что любой из вариантов неприемлем. А выбирать все равно приходится."
"Он надел наушники, стиснул зубы, прицелился и плавно, как учили, почти что нежно надавил на курок, потому что оружие, как женщина, холодно со своим партнером без взаимности, и его сначала надо приласкать.
И сразу перестал ощущать свое тело. Оно превратилось в огромный барабан, по которому беспрерывно молотили беспощадные палочки. Вокруг и внутри грохотало, взгляд остановился в одной точке, во рту появился солоноватый привкус крови. Алексей добил обойму до конца и тут же сменил пустой магазин на полный.
Он не помнил, сколько времени провел в тире, не ощущал, как оно летит.
Профессионал не тот, кто отлично делает то, что ему нравится, а тот, кто еще лучше делает то, что ему не нравится. Есть такое слово: «надо». Сегодня Алексею надо вспомнить, как выживают в перестрелке. И что такое огонь на поражение.
— Мишени возьмете? — спросил все тот же борзый парень-инструктор. На этот раз с уважением.
— Оставь себе на память. Я все равно еще приду. И не раз.
Он не сомневался, что эти изорванные в клочья мишени сегодня же лягут на стол Дмитрия Александровича.
Нет, за Леонидовым не следили. Но за ним присматривали. Сажин тоже не может абы кому подставить спину. Ему в бою паникеры не нужны. А вот меткие стрелки необходимы.
«Проверка так проверка», — усмехнулся он, надевая куртку. Вот теперь можно ехать по делам.
Кочарян по-прежнему был неуловим, вот уже несколько дней Алексей пытался застать начальника юридического департамента на рабочем месте. Но заставал только его верного адъютанта Вагана.
— Тигран Давидович только что здесь был, — бодро врал тот. Или не врал, и Кочарян и в самом деле только что был в своем рабочем кабинете.
Потому что Алексей только что договорился с ним о встрече.
— И где же он?
— Только что вышел.
— Куда?
— Его вызвали.
— Кто?
— Дмитрий Александрович.
— Я только что от Дмитрия Александровича, но с Тиграном Давидовичем мы почему-то не встретились.
— Вы, видимо, ехали в разных лифтах, — невозмутимо отвечал Ваган.
