Дмитрий Александрович вот уже много лет влюблен в свою жену, как какой-нибудь мальчишка, нежно и страстно. И как он теперь поступит? Или все перегорело за эти годы?
…Сажин ждал его в кафе. С усмешкой встал и протянул руку:
— Привет, невыездной.
— Взаимно. Тебя ведь тоже теперь закрыли. Или договорился? — Алексей внимательно посмотрел Сажину в глаза.
Да, изменился. По-прежнему мужик что надо, не больно постарел, но заматерел. Не вширь раздался, а именно заматерел. Плечи прямо необъятные, особенно в белой футболке. А глаза почти черные, словно в них запеклась кровь.
И шрам на лице, раньше его не было. Рассеченная бровь.
«Он опять носит белое», — невольно напрягся Алексей. На Сажине была простая белая футболка без рисунка и белые же штаны. Не спортивные, но и не парадные. Кроссовки тоже белые.
— Садись, — не ответив на его вопрос, Дмитрий Александрович кивнул на пластиковый стул и сел сам. — По понятиям надо было в ресторан тебя пригласить, отметить.
— С каких пор ты стал жить по понятиям?
— Не пригласил же, — усмехнулся Сажин.
— И охраны, как видишь, у меня нет. Был бы в авторитете, соблюл бы антураж. Жену, значит, провожаешь? — его взгляд уперся в Алексея.
«Оружие не носишь? Молоток», — невольно вспомнил он. Сажин по-прежнему морально давил, зачем ему охрана? Но с ним явно что-то случилось. Он теперь был другой.
— А ты встречаешь? — попытался пошутить Алексей.
— Да, давно не виделись, — небрежно сказал Сажин.
— Как у вас?
— Нормально.
— Что собираешься делать?
— Жить, — пожал могучими плечами Дмитрий Александрович.
— Это все общие слова, — поморщился Алексей.
— А ты мне кто, чтобы я с тобой откровенничал?
— Я думал, что мы друзья. Ошибся, Дмитрий Александрович?
— Слишком мало времени прошло, — нахмурился Сажин.
— С какого момента? Как ты сел или после того, как вышел?
— Не обижайся, Леха, — улыбнулся вдруг Сажин. — Планы большие. Ты ведь знаешь, что я потерял фирму.
— В курсе, — кивнул Алексей.
— Меня обложили красными флажками. Бизнес потерян, невыездной, избираться никуда не могу, ограничения в гражданских правах.
С моей статьей я кругом закрыт. Даша считает, что это она во всем виновата. У нас не нормально, а хуже некуда. Я сейчас на разрыв, понимаешь? Либо мне на коленях просить помилования, после чего уехать вместе с женой за границу, навсегда. И посвятить свою жизнь ей и сыну. Алиса уже взрослая, она замужем, и Леня — настоящий мужик. Он о своей семье позаботится. Либо я даю бой.
— А есть варианты? — осторожно спросил Алексей.
