Судорожно сжимая страховочный трос, старалась прицепить его, потому что, как еще поберечься в такой ситуации, не имела ни малейшего понятия. Казалось время застыло. Камни — маленькие, побольше, и совсем большие, падали и падали. Некоторые, отскакивая от каменной поверхности, отлетали в фиолетовую бездну. Другие расширяли разлом, пока, наконец, тропинка подо мной не дрогнула, развалившись на части. Ее каменные части рухнули вниз, увлекая меня за собой. Все произошло настолько быстро, что до момента падения испугаться не успела.
А вот когда под моими ногами не оказалось опоры, и я стала проваливаться вниз, стало по-настоящему страшно. Хотелось орать, но почему-то в горле пересохло.
— О-о-ох, — только и смогла выдохнуть, понимая, что лечу в бездну.
— Аляяяяяяяяяяя! — услышала вопль тангира Элвэ.
Милый, милый мой «леденец», а вот летать-то я не умею. Я же не лайвелл…
*****************************************************************
Вопль Дарина Элвэ, в котором смешалось все: и боль, и отчаянье, оглушил людей, стоящих на том конце провала.
Его долго разносило эхо, отражаясь от горных уступов. «…ля …ля …ля» еще какое-то время издевательски звучало над пропастью. А потом произошло невероятное. И без того крупная фигура эленмарца стала увеличиваться в размерах. Черты лица заострялись, превращая его в страшную маску. Одежда, сшитая из сверхпрочной ткани, трещала на тангире по швам. Рельефные мышцы раздулись, словно их внезапно накачали, а руки соединились с торсом кожистыми образованиями, очень напоминающими сложенные крылья.
Прошло мгновение, и на месте Дарина Элвэ стоял огромный, человекоподобный монстр. Чудовище встряхнуло гривой белых волос, которые теперь напоминали длинную шерсть, издало грозный рык и камнем бросилось с уступа вниз.
— Офигеееть! — протянула Хунька, — не знала, что эленмарцы умеют летать.
— А они и не умеют, — едва слышно произнесла бледная Пелагея Джоновна.
— Но крылья… мы же все видели… — начал сбивчиво говорить Погодин.
— Не умеют эленмарцы летать, умеют только планировать с небольшой высоты, находясь в боевой трансформации, — ответила ему Алькина ба, и из таких же серых, как у внучки глаз, потекли слезы.
— Это что получается, он бросился вслед за Алей? Умирать? — закричал Стас, всматриваясь в пропасть.
— Выходит, что так, — и Пелагея Джоновна всхлипнула.
— Может, вы ошибаетесь? — с надеждой спросила Хунька.
