Я все же любимая подруга вашей, надеюсь, любимой жены! — Вот как, скажите мне, как они произносят без запинки Хунькину фамилию? Мне это просто не дано.
Видимо, Дарин не нашелся с ответом, потому что через несколько мгновений торнадо под названием Хуня бесцеремонно ворвалось в спальню. Подруга критически осмотрела все вокруг. Под ее ехидным взглядом я натянула одеяло практически до подбородка, и покидать уютную кровать не спешила. Дарин молча, стоял в дверях и наблюдал за развернувшимся действом.
— Я же говорила, что мой подарок сработает! — Хунька подняла с пола и победно продемонстрировала мне кружевное безобразие.
Я застонала, укрывшись одеялом с головой. Второй раз за это утро.
— Вылезай! — не прониклась моим маневром подруга, — я, между прочим, умница и красавица!
Заявила она, заставив Дарина изумиться ее наглости еще больше.
— Кто тебе сказал? — хмуро буркнула в ответ, но физиономию миру явила.
— Верник, это и так всем известно. Я одежку тебе принесла, не будешь же ты ходить по Академии в платье в разгар учебного дня, — огорошила меня она.
— Спасибо, — искренне поблагодарила подругу и протянула руку за пакетом.
— Только я тебе ее не отдам! — и вожделенный пакет с формой спрятался за Хунькиной спиной.
— Что ты хочешь, исчадье? — устало выдохнула я.
— Признания! — победно произнесла наглая вымогательница.
— Ты умница и красавица, — тихо и недобро пробурчала я.
— Не расслышала, — продолжала глумиться она, отойдя от кровати еще на шаг.
— Ты умница и красавица! — проорала ей, — довольна?
— Конечно, — невозмутимо ухмыльнулась Хунька, бросая в меня пакет, — всегда приятно, когда тебе говорят правду в лицо.
Дарин рассмеялся.
— Фархунда, вы с нами не позавтракаете? — спросил он, сияя, как фюзеляж новенького истребителя.
— Позавтракаю, тангир. И привыкайте называть меня на ты не в служебной обстановке. Советую отнестись ко мне, как к неизбежному, что отныне будет присутствовать в вашей жизни постоянно, потому, что от дружбы с противной, скупой на заслуженные похвалы Верник, я не откажусь, — заявила эта нахалка, но муж продолжал улыбаться и остался подозрительно спокоен.
— Я понял и принял этот факт, Хуня, — он сделал приглашающий жест и, аллилуйя, Хунька вышла из спальни, а Дарин мне подмигнул, продолжая беседовать с подругой, — что предпочитаешь на завтрак?"
"Так быстро я не собиралась даже по тревоге. Почему то было очень неудобно, что в наше единение вторглись так бесцеремонно, пусть даже и лучшая подруга.
