Вообще, ни в какой не завидовала!
— Что ты себе позволяешь! Я гражданка Коалиции! — ревела взбешенная Анвен.
— Ответ неверный! — проскрежетал механический голос, а по красному кругу пробежали синие искры, похожие на электрические разряды.
— Аааааааааа-ааай! — завопила крошка Беллим.
— Урок усвоен! — официально, тоном строгой учительницы, ответил кораблик, — за каждый неверный ответ на вопрос или попытку скрыть информацию экзекуция повторится. Я понятно, излагаю?
Анвен молчала, закусив губу.
— Понятно? — переспросила Принцесса и по красному кругу пробежали слабые голубые искорки.
— Ааааай, не надо, пожалуйста! — пританцовывая, запричитала белобрысая, и новый поток слез покатился по ее щекам, — я поняла! Все скажу! Только не нужно!
— Ну-ну, не стоит так убиваться! — Ласково ответил ей кораблик. Ну и актриса! — Вот ответишь на все вопросы и пойдешь отдыхать к себе в домик до вахты.
— Что вы хотите знать? — взвизгнула Анвен и предприняла новую попытку вырваться.
— Кто тебе рассказал об артефакте?
— Никто!!!
— Ответ невер… — договорить Принцессе не дал почти стон крошки Беллим.
— Стойте! Не надо! Мне правда никто не говорил, я услышала, как старший лаборант докладывал о пропаже некоего артефакта начальнику экспедиции.
— Ты знаешь, что это за артефакт?
— Нет, клянусь именем рода, нет!
— Хорошая, девочка, — похвалила ее Принцесса и даже слегка погладила щупом, что, собственно, успокоения эленмарке не принесло. Она дернулась всем телом и задрожала.
— Пожалуйста, отпустите меня! — взмолилась Анвен.
— Ну, что ты, — включил добрую учительницу кораблик, — мы же только начали нашу увлекательную беседу. Так куда же ты так спешила, деточка?
— Мне нужно было попасть на орбиту!
— Зачем?
— Я не могу об этом рассказать!
— Ответ неверный!
— Ааааааааааааай! Все межгалактические сигналы с коммов в экспедиции глушатся. Здесь только местная связь, а с другой планетой можно связаться только с мостика.
— И? — Принцесса подбодрила эленмарку совсем слабенькой искоркой.
— Ааааааааай! Я же рассказываю, — захныкала Анвен.
— Продолжай, деточка, продолжай, — нежность, сквозившая в голосе кораблика умиляла.
— Не могла же я идти и звонить отцу с мостика!
— Почему бы и нет?
— Я хотела рассказать ему про артефакт!
— Отцу? Родному? — спросил кораблик.
— Все связанные моей матери считаются моими отцами.
— И много их у тебя?
— Двадцать один, но скоро будет двадцать два! — как-то даже с гордостью ответила девушка.
