Родственникам это знать ни к чему, а я где-то в глубине души все же была рада подобному стечению обстоятельств. Кроме того, кошак сам сказал, что чуда не произошло бы, если бы мы с ним ничего друг к другу не чувствовали. Хотя, этому наглому хвостатому пережитку прошлого верить — себя не уважать, но я почему-то верила. Видимо, очень хотела."
"— И что… этот лайвелл действительно черный? — удивленно спросил дед, снова посмотрев на тангира.
— Как ночь, — подтвердил он и продолжил мой рассказ, но уже о самом храме, треугольниках и о их назначении.
— Значит старые сказки не врут… Придет черный лайвелл и вернется в мир гармония, — задумчиво изрек дед, — полагаешь, все беды Эленмара из-за одного артефакта?
— И не только Эленмара, — ответила за мужа я, запивая кусок омлета, горячим какао, — если послушать кошака, только земляне сумели приспособиться, да и то, после того, как чуть не погубили себя и всю свою планету.
— Послушать кого? — озадачился легар.
— Кошака, — послушно повторил за мной супруг и улыбнулся, — это она так божественного, черного лайвелла называет.
— Ну дела… — протянул дед.
— Офигеееееть... — отмерла Хунька, но со свойственной ей язвительностью добавила, — моя лучшая, я бы сказала, единственная подруга выходит замуж, а Хунечка узнает об этом чуть ли не самая последняя??? Хорошая же ты, Верник, подруга! Ничего не скажешь!
— Прости, — покаянно произнесла я, отлично зная, что в такие моменты с Фархундой лучше не спорить и главное — не оправдываться.
— Стоп! — перебила всех ба, — свадьбы, лайвеллы — это все дела семейные и с ними мы разберемся, но меня интересует исчезновение треугольника. Куда делся вверенный мне, как директору экспедиции, артефакт? Неужели его все-таки украли?
— Он вернулся на законное место, — ответил Дарин, поставив чашку на стол.
— Как вернулся? — растерялась ба, — а что же я теперь скажу Совету… начальству… и вообще…
— Родная, — легар, накрыл бабушкину дрожащую ладушку, лежащую на столе, своей, — не переживай и успокойся.
Ты мне веришь?
— Верю, — прошептала она, но ее глаза предательски заблестели, и мне было ее безумно жаль. Но в сложившейся ситуации Дарин поступил верно.
— Ба, поверь, треугольник там, где должен быть, — попыталась я сгладить ситуацию.
