Когда салорка становится женой, она автоматом переходит в собственность к мужу, — поведал дед.
— Получается, если мы здесь Алейну выдадим замуж, то, как по нашим, так и по их законам она автоматически станет гражданкой Коалиции? — догадалась я.
— Именно так. Только… где же мы ей мужа до утра найдем? — задумался легар.
— Дед, — усмехнулась от неожиданно пришедшей в голову мысли, — а ведь Алейна тебе такая же внучка, как я, и тоже птенец дома Сорг. Свадьбу, по какому обряду проводить будем?
— Аля, какую свадьбу? О чем ты, детка? — вмешалась бабушка, — найти кандидатуру мужа, не выходя из этого кабинета, будет проблематично.
— Да, — подтвердил дед, — тем более, о фиктивном браке не может быть и речи. У салоров нет разводов. Брошенная жена — позор всего рода и должна умереть.
— Ужас. Шаг вправо, шаг влево — смерть. Что-то мне подсказывает, что за мужем дело не встанет! — подмигнула я опешившим родственникам, а обращаясь к маленькому доктору, вежливо попросила, — вы не могли бы вернуть мне комм?
— Но вы еще не здоровы, — отозвался задумчивый ксури.
— Сами видите, с такой огромной семьей болеть мне совершенно некогда, — он согласился, даже кивнул и через минуту робот внес в кабинет мои вещи.
Защелкнув комм на запястье, вызвала Погодина, видеосвязь при этом не включала.
— Стас! — просто промурлыкала в трубку.
— Чего тебе, Верник? — буркнул он.
— Дело есть. Важное.
— Алька, какое дело? Ночь на дворе, а мне с утра к Алейне идти. Париту сказал, ее навестить можно будет, — отозвался друг.
Стаса я знала хорошо, и сомнений не было — девушка ему нравится, причем сильно, очень-очень сильно. Конечно, это — не повод связывать с ней жизнь, но ведь Алейна моя сестра, а Погодин — друг и внутреннее чутье подсказывало, что эти двое споются. А интуиции я верила, она меня еще никогда не подводила.
— Погодин, — зашептала в комм, — речь как раз и идет о салорке. Приходи к меддомику, помощь твоя нужна."
"— Понял. Иду, — он отключился, а я выскользнула из кабинета, оставив мирно беседующих с доктором родственников, чтобы неспешно переодеться в палате и встретить Стаса.
Когда вышла на улицу, вдохнув ночной воздух Лорны, Погодин подпирал стенку медицинского домика.
— Тебя уже выпустили? — спросил он, окинув взглядом меня, облаченную в форму.
— Да, как вас одних надолго оставишь. Только отвернешься, как девушки из-за вас с жизнью прощаются, — знаю, жестоко, но пусть преисполнится виной.
