Во рту собирается вкус горечи, и я медленно снимаю свои кеды, чтобы следом осторожно стянуть капрон, а затем на босую ногу снова обуваюсь, чувствуя, как из меня вытекает теплая капля. Но я скрываю неприятное ощущение, вернув на место трусики.
И мне совершенно наплевать, что за всем этим наблюдает Багиров. Хуже, чем грубость, через которую я прошла, нет ничего. Меня переполняют жгучие чувства, которые на корню душат стыд.
Стыдно должно быть не мне. Я ни в чем не виновата,пусть и доказала это через боль.
Скомкав в руках свидетельство о его зверином поступке, я делаю шаг к Багирову и с хлопком впечатывание колготки ему в грудь.
Мне плевать, как он расценит этот жест. Пусть забирает свой сорванный трофей. Это последнее, что он от меня получит.
Взглянув в его напряженные глаза, я убираю руку и просто ухожу. Сквозь боль, которая все сильнее вибрирует под кожей с каждым новым шагом.
У меня немного кружится голова и на лбу выступает пот, но постепенно острая боль переходит в тупую.
Я захожу в дом, где по-прежнему играет музыка.
Девушки также танцуют и веселятся в компании парней. Ни у одного из них ничего не изменилось, тогда как моя жизнь перевернулась вверх дном и больше никогда не станет прежней.
Я останавливаюсь возле парней, а точнее перед Гораевым, чей взгляд медленно встречается с моим, и я вижу, как былое веселье в нем гаснет по мере того, как он оценивает то, что видит перед собой.
— Вызови мне такси.
Я говорю недостаточно громко из-за долбящей музыки, но кто-то делает потише, и я повторяю:
— Вызови такси.
Гораев вскидывает бровь.
— С хуя ли я должен это делать?
Меня трясет, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не впасть в истерику.
— С того, что у меня нет денег.
Гораев усмехается и вставляет в рот сигарету.
— Это твои проблемы, тебе так не кажется?
Щелчок зажигалки, и кончик сигареты вспыхивает оранжевым.
Я сжимаю кулаки и приближаюсь, чтобы прорычать каждое долбаное слово:
— Проблемы будут у твоего друга, если ты не вызовешь мне такси.
Гораев давится смешком, выдыхая через нос дым.
— Ты чем там обдолбалась?
Вдох. Выдох.
— Если ты сейчас же не вызовешь мне такси, я заявлю в полицию об изнасиловании, — слова вырываются из меня, как ржавые крючки. — Так что лучше вызови мне такси, и я уеду.
Гораев затягивается и хмурится. Ублюдок. Во мне все кипит. Я так мечтаю отсюда убраться, но у меня нет ни понимания, где я, ни денег.
— Изнасиловании? И чем же ты докажешь?
— Хочешь проверить?
— Гораев, вызывай нахуй.
