Видеть каждый день папу, разговаривать с ним, иногда с поручениями ездить к маме или к олдам. И все складывалось отлично, пока из Эдинбурга не приперлась Ольга. Уже в аэропорту мне становится все ясно. Папа пытается казаться суперменом, а Олька смотрит на него шалым взглядом. И мальчик рядом в очках и с мишкой. Обалдеть… Нет, не так.
«Усраться можно! Это мой сын? Или папин? — думаю я, отправляясь из аэропорта в магазин за железной дорогой. — Но я к нему ничего не чувствую. К его матери тоже».
«Ольга», — думаю я, возвращаясь в реальность.
Моя вдова прижимается к моему отцу и что-то там шепчет, уткнувшись лицом в грудь. А папа ласково гладит свое сокровище и нежно целует в висок. Честно говоря, пока не вернулась из Шотландии Ольга, я и представить не мог, что мой отец способен любить. Слушая ненаглядную, он резко переводит взгляд на меня, и я точно засекаю этот момент.
«Сказала!»
— Все потом, — слышу папин командный голос. Отец даже в такой патовой ситуации не теряет выдержки. — Гена, Ольга Николаевна под твоей охраной.
«Хорошо бы, — думаю я. — Вот только отпечатки пальцев нужно как-то стереть с рукоятки ствола и с ручек. Да и отовсюду. Сам не помню, чего касался и где».
— Не боись, — подмигивает мне отец, проходя мимо. — Все под контролем.
И я вижу, как отделение заполняется людьми Пирогова. Выводят под белы руки Арно. И честно говоря, на земле нет человека, кто бы позавидовал этому ублюдку.
— Все убрать, — командует папа и, глянув суровым взором на вышедшую из палат редкую публику, замечает устало.
— Концерт окончен. Расходимся.
— А что произошло? — набравшись наглости, спрашивает та самая тетка, что рвалась в Ольгин люкс.
— Ничего, — пожимает плечами отец. — Поймали воришку. Оказал сопротивление. Сейчас проведем воспитательную беседу и отпустим, — улыбается он.
— Как это отпустим? — возмущается Татьяна Анатольевна. — Полицию надо.
— Он ничего не украл, — замечает спокойно отец. — А покой пациентов и сохранение конфиденциальности для меня важнее справедливости.
Тем более что ее нет на свете.
Девушки с перевязанными мордами и животами начинают расходиться по палатам. Это этаж люксов, и народу здесь немного.
«Вот только как Арно умудрился сюда попасть? — вздыхаю я и тут же мысленно бью себя по башке. — Сообщник, твою мать. Здесь! В здании!»
— Нужно найти подельника, — тихо говорю я отцу.
— Игорь все вызнает. Не беспокойся… Гена, — он смотрит на меня внимательно, будто пытается сходу понять, я ли это, или у Ольги глюки.
