Проклиная себя за малодушие, Денис сказал:
— Даже у хищников не принято кусать друг друга, если они не доказывают свою правоту на поединке.
Соня вспыхнула, кровь прилила к щекам. Она нервно провела рукой по растрепанным волосам.
— Не понимаю твоего излишнего внимания к моему укусу. Если тебе больно — извини. Не сдержалась. Со мной такое впервые, — принялась она оправдываться, но, заметив самодовольный блеск в его глазах, психанула: — Потемкин, чего ты от меня хочешь? Снова смеешься и издеваешься? Когда ты, наконец, угомонишься?
Денис, оставив без внимания ее вопросы, потянулся за джинсами, валяющимися на коврике.
Распахнул дверь внедорожника. Как был обнаженным, так и спрыгнул на землю и лишь тогда соизволил надеть джинсы. У Сони промелькнула мысль, что он тоже не обременяет себя ношением белья.
Его молчание неприятно задело, и она гневно сжала кулачки. Да что ж это такое?! Когда она адекватно начнет вести себя в обществе этого человека?
— Я хочу услышать ответ! — настаивала она, кипя от возмущения.
Денис застегнул молнию на джинсах и лишь тогда соизволил заглянуть внутрь салона.
— Когда я почувствую по изменению в твоем запахе, что ты носишь под сердцем мое дитя.
Возвращение в дом Потемкина проходило в тишине. Соня, забившись в угол, оставшуюся дорогу дремала. У нее разом закончились силы. Она не может достойно противостоять Денису, с этим пора смириться.
Да и думать больше ни о чем не хотелось. Хотелось одного — лечь на кровать, свернувшись клубочком, и проспать до утра.
И желательно, чтобы никто не беспокоил.
Денис тоже хранил молчание. За время дороги он обратил внимание, что его мысли вновь и вновь возвращаются к укусу, и в груди разливается непривычное тепло. Более того, поразительным было другое. Почему он не разозлился? Не призвал к ответу? Не ткнул тем, что она только что с головой выдала себя, признав в нем пару?
Он посмотрел на нее в зеркало заднего вида. Красивая. Нежная. Желанная.
Привыкший анализировать свои поступки, Денис задумался. Вспомнил свою ярость, когда увидел возбужденного Стаса, кружившего вокруг бурой волчицы.
У оборотней сильно развит инстинкт собственника. Разборки, вспыхивающие на фоне ревности, случались постоянно. Особенно среди молодняка, который еще не научился хорошо контролировать зверя. Если мужчина западал на девушку и возле той кружил другой самец — быть беде. Денис старался пресекать такие стычки на корню. В его стае действовали суровые законы. Измены наказывались прилюдно.
