Глава 20
Спустя двадцать минут Соня сидела на кухне Татьяны Владимировны и пила горячий чай с земляничным вареньем. Бабушка суетливо накрывала на стол, доставая из духовки румяные пирожки."
"— Ты с чем любишь? Я испекла с картошкой, с сыром, с рисом. Не знала, что именно ты предпочитаешь, поэтому…
— Я все люблю! — поспешно выговорила Соня, до сих пор не веря, что сидит на кухне родного человека. Смотрела на бабушку с легкой глуповатой улыбкой. — Все-все. И обязательно попробую с каждым вкусом. Да что греха таить, Татьяна Владимировна, я впервые в жизни ем домашние пирожки.
Женщина застыла с подносом и быстро-быстро заморгала, пряча навернувшиеся слезы.
— То есть как это впервые в жизни? — спросила она, хотя вопрос был, скорее, риторическим.
— Мама не пекла пироги, — все же ответила Соня и почему-то покраснела, точно ей стало стыдно за мать.
— Я догадалась, — сказала Татьяна Владимировна и сноровисто принялась выкладывать пирожки на стол, опять-таки пряча глаза.
— Мне кажется, она и не умела…
— Не умела, — дрогнувшим голосом призналась бабушка.
— Это моя вина. Я баловала ее. Все домашние обязанности одна выполняла, не приучала к хозяйству, вот она ничего и не умела. А потом поздно было…
Неожиданно женщина всхлипнула и отвернулась. Соня сразу же отставила чашку и, поддавшись порыву, вскочила со стула и обняла бабушку.
— Татьяна Владимировна, прошу вас, не плачьте! Не надо! Я понимаю ваши чувства, но прошу — хватит слез! Мне казалось, мы их все выплакали на крыльце? Или ошибаюсь? — Соня старалась говорить ласково, хотя у самой тоже защипало в глазах.
Пожилая женщина подняла лицо и посмотрела на нее.
— Мне показалось, что ты назвала меня бабушкой… Там, на крыльце… А сейчас снова Татьяна Владимировна…
Соня улыбнулась, чувствуя, как по телу распространяется тепло.
— Простите меня. Я стесняюсь и подумала, что вам, возможно, будет неприятно… Мы ведь не виделись долгие годы. Вдруг не захотите, чтобы я вас сразу называла бабушкой. Мало ли что!
— Чушь! — фыркнула женщина и улыбнулась в ответ.
Подняла руку и дотронулась до щеки Сони. — Девочка моя, я уже и не чаяла увидеть тебя! Думала, что мы никогда не встретимся…
Растроганная Соня смущенно произнесла:
— Я очень хотела с вами познакомиться, вернуться в родную стаю! Но не знала, как вас найти! Даже не знала, к какой стае принадлежу!
Тень сожаления промелькнула на морщинистом лице хозяйки дома. Еще раз улыбнувшись, женщина отстранилась и сказала:
— Соня, давай-ка возвращайся за стол.
