Обошел свою заучку, вставая у нее за спиной, пока она возилась с лямками и провел ладонью по обнаженной спине. Худая, как… По ней вообще можно анатомию изучать, ни грамма мышц и жира. Кости, обтянутые кожей. Хотя я не мог не признать, что природа ее щедро наградила женскими прелестями. Там, где это было нужно, у заучки все было в порядке. Идеально, как мне нравилось.
Она вздрогнула, когда я обводил кончиками пальцев ее позвонки, и замерла. Как котенок, наслаждалась лаской.
Я перехватил края лифчика, застегнул его и притянул хрупкую кроху к своей груди.
Обнял, утыкаясь носом в макушку, и прикрыл глаза от удовольствия.
Как же я теперь понимал батю, который по маме вот так же тащился. Двадцать пять лет вместе, а им все обнимашки подавай.
Малинка обхватила мои руки ладошками и не шевелилась. Пока в дверь кто-то не постучал. Робко так, аккуратно.
— Кто это? — испугалась Малинка, оборачиваясь ко мне.
— Кей за сумкой пришел.
— Наручники принес? — оживилась Малинка.
— Обойдешься, — я щелкнул ее по носу, — тебе нельзя наручники давать, это опасно.
— Сноб, — вздернула он вверх свой курносый.
Наклонилась, нашла свою блузку, быстро надела, сверху напялила жилетку и скромненько села на постель, сложив ручки на коленках.
Я открыл дверь, пропуская внутрь Аникея.
— Привет, Малинка, — довольно махнул он ей рукой. — Как дела?
— Хорошо, — смутилась она и опустила глазки в пол.
Кей покосился на меня, сдерживая ухмылку. Встретился со мной взглядом и тут же посерьезнел.
А нечего мне тут заучку смущать! Я ее раскрепощаю ценой последних нервных клеток, а этот смотрит с ухмылкой!
— Тебя на тренировке ждать? — напоследок спросил Аникей.
— Да, — сурово кивнул я.
— Там увидимся. Марина, пока!
— Пока, — улыбнулась ему заучка и потянулась за своими очками.
Нацепила их на нос и повернулась ко мне:
— Я пойду к себе.
— Я провожу, — тут же вызвался я.
Не то чтобы в общаге ей сейчас что-то могло грозить.
Я вообще заметил, что после представления девчонок с пауками их стали обходить стороной. Да и Опасян отчитался, что Малинку теперь не просто не трогают — некоторые даже шарахаются.
— Пошли, — согласилась заучка и сама взяла меня за руку.
Кто молодец? Я молодец! Я знал, что не такая она скромница, как ей самой кажется. И уверен, что Малинка еще меня удивит в приятную сторону. Я не планировал ей ничего запрещать, может, только кроме одежды дома.
