— Где же мы встретимся?
— Я найду вас, когда потребуется. Единственная просьба, будьте осмотрительнее и по возможности не вмешивайтесь в события, затрагивающие другие реальности. До свидания.
Черноволосый зашагал к церкви, предварительно ощупав Балуева своими острыми глазами-маслинами.
— Это вы закрыли вход? — бросил вдруг Василий ему в спину.
— Он откроется, — оглянулся Самандар. — В нужное время… И в нужном месте. — И тотчас исчез за разрушенной стеной.
Через минуту друзья уже катили по улице, не говоря друг другу ни слова.
Василий первым нарушил молчание уже где-то за кольцевой дорогой, на Рязанском шоссе.
— Если он не Монарх, то кто? И как он на тебя вышел?
Матвей промолчал, вспоминая свою вторую встречу с президентом МИЦБИ…
Видимо, у Шавло были связи с большими чинами в Управлении внутренних дел района, потому что ла Матвеем пришел вологодский ОМОН, двадцать два человека во главе с командиром-старлеем.
Матвей проснулся за четверть часа до появления спецназовцев на территории фермы Нестеровых, сторожевая система отреагировала на изменение пси-потенциалов в округе и предупредила хозяина возбуждением нервных окончаний кожи всего тела.
Ощущение было такое, будто его покусала туча невидимых мошек. Матвей перевел свое «И» (разум-волю) в рабочее положение, и «молнию» ментального разряда, поднявшего режим внутренних процессов на уровень выше, принял уже как должное. Согласно терминологии дзэн он перешел в состояние самадхи — сверхсознания, включающего в себя гипервидение и гиперслух.
Теперь он видел в темноте, причем в инфракрасном и ультрафиолетовом диапазонах, сквозь предметы, стены, и слышал любой шорох в радиусе сотни метров, в том числе и сквозь стены строений. Иван Парамонов называл такое состояние «меозом», ментальным озарением, и это слово очень точно отражало суть состояния.
Петлю окружения омоновцы затянули вполне профессионально, не оставив ни одной щели для отступления, и Матвей пожалел, что остался ночевать у Нестеровых.
Очень не хотелось пугать уснувших детей и объяснять Леониду, что происходит. Надо было увести отсюда отряд и отступить по возможности тихо, не нанося ощутимого урона подразделению, бойцы которого наверняка были ориентированы на поиски и захват «опасного преступника». Но, с другой стороны, необходимо было дать урок Шавло с его шефом, Дурбанем, привыкшим к безнаказанности и беззаконию.