В воздухе все еще витал аромат ее духов, нежный цветочный запах, так свойственный принцессе.
Ладони на руле сжались капельку сильнее, когда Гера представил, какую глупость он мог бы совершить, не приди Соколов с женой. Но одному Богу известно, как сильно он, Герасим, хотел совершить эту саму глупость.
И уже подъезжая к дому и паркуясь на обычном месте, Черепанов набрал всего пару слов сообщением: «Не переутомляйтесь. Приятных снов!».
Глава седьмая покорительная
Нет, мне ни в чем не надо половины!
Мне — дай все небо! Землю всю положь!
Моря и реки, горные лавины
Мои — не соглашаюсь на дележ!
Нет, жизнь, меня ты не заластишь частью.
Все полностью! Мне это по плечу!
Я не хочу ни половины счастья,
Ни половины горя не хочу!
Хочу лишь половину той подушки,
Где, бережно прижатое к щеке,
Беспомощной звездой, звездой падучей
Кольцо мерцает на твоей руке.
Евгений Евтушенко
— Я сражен, Василек! — восклицал Соколов, обходя свой Мустанг, который Кудесник уже успел выгнать из бокса по просьбе Забавы, — Не отличить переходов! Как новая!"
"Лаковые, отполированные бока Мустанга переливались в свете солнечных лучей.
А на дверях и крыльях появились языки пламени. Красно-оранжевые всполохи смотрелись на черном весьма изысканно. Довольный работой хозяин восторженно рассматривал багажник, который еще до отъезда в командировку был изрядно поврежден.
— Машина просто не вредная, вот и получилось все, — скромно отвечала Забава, с улыбкой наблюдая за выражением почти щенячьего восторга на лице несносного рокера.
— Скромная какая, — хмыкнул Кудесник, дружески толкнув девушку в плечо, — Повозиться пришлось знатно. Тачка редкая. Пока заровняли, рихтанули. Еще и краску ждать нужно было.
— Завязывай, — остановила друга Поликарпова, — Сделали и ладно.
Соколов, все еще улыбаясь, уселся за руль своей машины. Движок завелся с пол-оборота и утробно зарычал.
— Ну, что, красивая, поехали кататься? — весело подмигнул парень Забаве, — С ветерком?
— Вообще-то мне еще на учебу и работать, — улыбка с лица Забавы сползать отказывалась при виде счастливой физиономии парня.
— Мы всюду успеем, — уверил Соколов своего Василька.
Нет, и все-таки этот Соколов жуткий тип, думалось Забаве. И нахальный. И абсолютно без башни. Но без него Забава не могла уже представить ни одного своего дня. Мысленно задавая себе вопрос, как же так вышло, девушка, прихватила из своей машины рюкзак, перебросила ключи Кудеснику и уселась на переднее пассажирское сиденье Мустанга Поликарпа.
