Именно он позвонил в последний рабочий день Любомира и сообщил, что команда брата попала под завал. Тогда Милентия примчалась на своем байке, а Елена приехала следом на место происшествия. Девушка успела как раз к моменту, когда здание окончательно разрушилось, и, как тогда подумала Лена, обломки накрыли брата и его команду. Елена видела, как Лента в полубезумном состоянии бросилась в самую гущу, и как ее удерживали сильные руки дяди Сергея. А Лену держать было некому, и она просто упала на грязную землю, поскольку ноги ее не держали.
Но спустя секунду, кто-то поднял ее, встряхнул и прижал к приятно пахнущей мужской рубашке в крупную клетку. А тот самый голос, что Лена слышала по телефону, настойчиво повторял, «Все хорошо. Они уже выходят». И Елена поверила. И кивнула, глядя в серьезные зеленые глаза.
А потом Елена пыталась выведать у брата, кто этот самый Черепанов, но брат только отмахивался от вопросов сестры. Когда же события немного стерлись из памяти, Лена все равно видела зеленые глаза в своих снах.
А теперь вот сны вернулись и стали явью.
Тем временем Черепанов едва заметно улыбнулся, а Муся уткнулась носом в раскрытую ладонь парня.
— Так на Му-Му будет откликаться, — кто-то ответил за Елену, — Черепанов, а давай ее натаскаем тапки приносить?
А девушке почему-то стало обидно. Бросив высокомерный взгляд на шутника, Елена строгим голосом произнесла:
— Му-му — это клич Буренки после удоя, — говорила Лена, — а у этой собаки есть родословная и паспорт, где четко прописано Марисабель Юстиция Третья.
Парень попытался засмеяться. Но весельчака Елена-Хлоднокровная смерила высокомерным взглядом.
— Муся, — подвела итог Елена.
— Гера, забирай свою болонку, — вмешался в разговор Любомир, — Только поясни животному, что на начальство тявкать не стоит.
— Муся, фас! — ласково проворковала Лена и, к удивлению всех, включая и, кажется, саму Мусю, собачка послушно залаяла, звонко и с полной отдачей.
Елена выпустила комочек на пол, и крохотные ножки принялись мелко перебирать под звонкий лай.
Любомир отодвинулся от собачки.
— Бестолочь ты, — вздохнула Лена, обращаясь к брату, — Это йоркширский терьер, а не болонка.
— Один хрен, — махнул рукой Соколов.
— Сам ты хрен, — обиделась за песика Лена и вновь подхватила Мусю на руки.
— Принцесса какая, — заговорил Гера Черепанов, и протянул руку к собачке ладонью вверх, — Иди сюда, Марисабель Юстиция Третья.
