Машина рванула с места, унося Забаву и ее мирно спавшую на заднем сидении сестренку домой. А вслед дамам смотрел парень. Смотрел и даже не представлял, как ему это удалось. Как удалось сдержаться и не прижаться к столь желанным губам в поцелуе.
Да, так ведь лучше. Пусть подумает. Пусть все взвесит. А вот когда он вернется, пусть уже решает. Френдзона его ни грамма не устраивала. И он уже не раз высказался на эту тему. Девчонка нужна ему вся, целиком, со всеми таракашками и строптивым характером.
Поднимаясь по подъездной лестнице, Поликарп успел сделать два звонка. Первый — Кудеснику. Соколов сообщил, что дает свое разрешение на проведение любых работ с его ласточкой — весьма редким экземпляром Мустангом. Второй звонок был сделан брату, во время разговора с Любомиром Поля мягко попросил приглядеть за его будущей девушкой, как только новоиспеченный молодожен вернется из свадебного путешествия. Не обращая внимания на подколы со стороны брата, Поликарп пожелал скорейшего размножение чете Соколовых и сбросил звонок.
— Поликарп Сергеевич! — встретила его матушка в коридоре, — Почему девочку в дом не привел? Не воспитанный ты у меня, хоть и вон какой вымахал!"
"— Мамуль, — вздохнул парень, — Не тащить же мне ее за волосы по лестнице? И потом, она с сестренкой. А девочка уже уснула в кресле. Устала по парку бегать.
— Есть будешь? — грозная супруга полковника Соколова, привыкшая командовать своими мужчинами все же отвесила сыну подзатыльник, правда пришлось дождаться, когда сын сядет на мягкий пуф в коридоре у входной двери.
— Давай, — согласился Поликарп, — Завтра улетаю. Роман Олегович «обрадовал» сегодня.
— И на долго? — всплеснула руками мама.
— На месяц, — вздохнул Поликрап. Уезжать ему вот совершенно не хотелось.
— Мда, — заметила мама и отправилась на кухню.
— Сам не рад, — признался Поликарп.
После ужина он набрал Забаве короткое сообщение, но девушка не ответила. На третьем сообщении, когда Соколов уже начал всерьез раздумывать, ехать ли к ней лично, или ограничиться звонком, пришел ответ.
«Сплю я!»
Поликарп улыбнулся, отправил кучу смайликов и смешных рожиц, и принялся паковать чемодан. А на утро, вызвав такси и заехав в университет за бумагами, Соколов улетел в длительную командировку, которую уже начал ненавидеть. До посадки на борт авиалайнера Соколов усиленно строчил сообщения, а перед самой посадкой позвонил.
