Я не знала тебя такого! Я… думала, что… - Она выдохнула, запутавшись. – Я думала, что это всё ты.
- Что я?
- Стас, ты всегда говорил мне, что решишь любую проблему. И свою, и мою. Ты говорил: привыкай. И я любила в тебе это. А оказалось… оказалось, что это он. Решение всех твоих проблем – это Дмитрий Харламов. И я долго не знала, что с этим делать, поверь.
Он отвернулся от неё. Правда, ехидно заметил:
- Но потом догадалась.
- Не говори так, пожалуйста. Я понимаю, как это выглядит. Я понимаю, что всё слишком быстро.
– Маша нервно улыбнулась. – Да я даже не знаю, к чему это, в итоге, приведёт. Скорее всего, что ни к чему. Это же Харламов! И да, я виновата перед тобой. Именно в том, что не устояла. Прошло слишком мало времени, и я не понимаю, почему так произошло, ты в праве меня ненавидеть. Но, Стас, прости, я больше не буду обсуждать с тобой эту тему. Я пришла попросить прощения. И этим самым поставить точку. Мы ведь оба понимаем, что ничего не исправить. Может быть твоя мама была права, устроив нам проверку… на прочность, на верность.
Мы её не прошли.
- Ты не прошла.
Маша прикусила губу, до лёгкой боли.
- А ты прошёл? Когда ты сбежал от меня сначала к маме, а потом в Москву, ты прошёл эту проверку? – Она задала ему этот вопрос, но тут же вскинула руку, останавливая его возражения. – Сейчас уже не важно, кто из нас больше не прав. Нас больше нет. Мне грустно из-за этого.
- А как же Димка? Он тебя от грусти не лечит?
- Это другое.
- Ты его любишь? – Стас спросил с вызовом, а Маша, прежде чем ответить, нервно сглотнула.
Затем кивнула.
- Я его люблю. – Печально улыбнулась, плечами пожала. – И это опять же не обрадует твою маму.
- Маша, при чём здесь моя мама?!
- Мне кажется, что в вашей семье она при всём. Извини. – Маша открыла сумку. – Я тебе принесла… - Она протянула Стасу кольцо. – Я должна его вернуть.
Стас смотрел на кольцо с заметным пренебрежением.
- Оно мне не нужно.
- И мне не нужно, - проявила Маша настойчивость. – Но это дорогая вещь, и я не считаю возможным оставить его на память.
Забери, Стас. Так правильно.
Кольцо он взял. Маша положила ему на ладонь, Стас несколько секунд украшение разглядывал, затем сжал в кулаке и сунул в карман брюк. Повисло молчание. Тяжёлое, но неловкости в нём не было. Оба знали, что сказать больше нечего. История любви и мечты о будущем окончательно испарились. Маша только спросила:
- У тебя точно всё в порядке?
Стас кинул на неё острый, как бритва, взгляд.
