Глава 8. Испытание ч.3
Я быстро оценила ситуацию. Тьен лежал чуть в стороне, и я видела, как медленно встают на место кости и начинают затягиваться раны. Беспокоиться о демоне не стоило. Гуасин шел ко мне, и лицо его было довольным до отвращения, а каменные путы не давали мне создать заклинание. Я трепыхнулась, пытаясь сбросить стремительно затвердевшие оковы и сложить пальцы, чтобы выдавить хоть каплю силы. Но пошевелиться было невозможно. И также невозможно было показать некромантию.
В моей голове раздался голос Тьена:
«Задержи его! Я скоро восстановлюсь и смогу атаковать.
Воспользуйся золотой искрой. Ты сможешь, нужно просто захотеть!»
Захотеть? Магия внутри меня опасна, она убила сотни людей на моих глазах, и я не контролирую ее. Легко сказать!
Гуасин навис надо мной и протянул руку. Я скрипнула зубами и впилась в него яростным взглядом. Больше всего мне сейчас хотелось замедлить время хоть на миг, чтобы дать возможность Тьену атаковать, а затем разрушить свои путы. И золото внутри меня проснулось.
Первый раз в жизни оно показалось теплым, а не обжигающим. Искра раскрылась подобно цветку. Золотой свет больше не был неукротимым фонтаном силы. Поток тепла сбежал по моим пальцам, в одно мгновение окутал каменную сеть и тело Гуасина. Учитель замер, его глаза удивленно расширились. Я поняла, что он не может пошевелиться.
В тот же момент Тьен прыгнул. Пес не успел залечить одну из лап, она все еще торчала вбок. Но ему хватило трех. Тьен сбил Гуасина с ног, и в тот же миг с хрустом осыпались мои оковы.
На земле рядом со мной учитель отчаянно боролся с трехногим демоническим псом. Магу удавалось держать клыки на расстоянии, при этом он наносил кинжалом удар за ударом, а затем точным движением выбил только вставшую на место лапу. Это взбесило меня больше, чем злорадные взгляды.
Я и сама не помнила, как сотворила заклинание – каким-то чудом светлое. Стихия земли в последнее время стала даваться мне легче, и я сотворила «малую топь». Почва под учителем превратилась в скользкую жижу.
Тьен отскочил в сторону. Прежде чем Гуасин успел ответить или выбраться, я наложила «глубокую заморозку». Это заклинание у меня получалось через раз, и земля просто застыла, вместо того, чтобы превратиться в лед. Мне хватило и этого. Следом я выплела множественные «серпы льда». Кромка лезвий сверкнула на солнце, а над плацем на минуту воцарилась тишина.
Тьен торопливо подполз к наполовину погруженному в застывшую землю Гуасином и зарычал, приблизив клыки к его горлу.
