Наконец-то солдатские физиономии исчезают из вида и дверца захлопывается, позволяя мне выдохнуть. Луиза опять делает знак молчать.
Закатываю глаза и тихонько фыркаю. Сколько можно?! Я не ребенок! Понимаю, когда лишний шорох может нас прикончить!
Молчу, почти не дышу, пока мы выезжаем из амбара, проезжаем мимо заставы, где нас снова проверяют, открыв дверцу кареты.
И вот, наконец, мы покидаем пределы замка.
Свобода!
Все это время оконце кареты было затянуто занавеской, на белом фоне которой вышит герб Торстенов.
Теперь, когда мы выбрались, Луиза оттягивает занавеску, позволяя мне любоваться пейзажем.
Она тычет в сторону возницы и прикладывает указательный палец ко рту. Жестами объясняет, что Фред не в курсе моего побега. Надо вести себя тихо.
И все же меня грызет какое-то плохое предчувствие. Ничего не могу с собой поделать. Меня трясет. И этот склизкий противный артефакт давит на нервы…
Откуда у Луизы этот артефакт?
Она никогда не занималась магией. У нее нет родни, нет мужа из магов.
И денег нет на такие дорогие игрушки. Эта мысль начинает тревожить меня все сильнее.
Я не часто общалась с магами, но все же имею представление, сколько могут стоить подобные вещицы!
Когда я поддалась порыву и решила сбежать, я думала, служанка, как всегда воспользовалась своим обаянием, чтобы получить желаемое. Но теперь понимаю, что никакого обаяния не хватит, чтобы приобрести такую дорогую вещь.
Несмотря на знаки, подаваемые Луизой, скидываю с себя склизкий мешок. Фу, гадость!
Осматриваю руки — не осталось ли на них слизи?
Нет, вроде сухие.
— Что это?! — шипит Луиза, в благоговейном ужасе тыча в мое левое запястье.
— Метка истинной, — признаюсь со вздохом, рассматривая герб Эвервинов.
— Вы истинная генерала?! — ахает она и в панике добавляет: — Миледи, но это ужасно! Нас теперь поймают! Давайте вернемся назад, пока не стало слишком поздно! Если добровольно сдаться, нас могут пощадить.
Беру ее за руки и ловлю испуганный взгляд.
Говорю с нажимом:"
"— Все будет хорошо.
Да, я его истинная. Но даже истинная имеет право на развод, если муж относится к ней, как к глупой самке, которой можно изменять направо-налево. Как только мы доберемся до города, я пойду в суд и потребую нас развести.
— Миледи, мы не успеем доехать до судей! — голубые глаза Луизы мечутся по карете. — Мы даже до города не успеем доехать! Я слышала, по метке драконы находят своих истинных где угодно. У нас лошади, у него крылья.
