Чувство такое, будто он искренне волнуется.
Внезапно меня накрывает страх. Может, причина, по которой он до сих пор не дал мне письмо, совсем не та, о которой думала?
Тут же мысленно себе возражаю.
Он просто играет роль заботливого мужа перед остальными. Вот и все.
Решительно произношу:
— Уверена.
Он пожимает широченными плечами, отчего я внутренне ликую. Вынимает из кармана розовый конверт, и протягивает мне. Замирая, стискиваю письмо в вспотевших ладошках. Прижимаю к лицу конверт. Вдыхаю запах матушкиного парфюма.
Сладенький ванильный аромат кажется слишком приторным.
Гоню эти мысли. Это же матушка! Сколько ее помню, она с детства любила сладкие ароматы.
Знаю, она поступила со мной ужасно!
Взяла и продала этому жуткому вояке. Но сейчас-то она наверняка жалеет! Уверена, здесь в этом письме она извиняется и объясняет, какие обстоятельства заставили ее обманом выдать замуж старшую дочь.
Для меня важно каждое слово отсюда впитать! Это поможет хоть как-то смириться с ее поступком, чтоб не выдумывать самой десятки версий, способных ее оправдать.
А, в итоге, понимать, что, возможно, ни одна не является верной!"
"— Ты не готова, — тихо говорит Драгос, снова склонившись к моему уху. — Прочитаешь потом. В спальне.
Отвечаю ему понимающей улыбкой.
Ну, конечно! В спальне дракон просто напросто отберет конверт! И теперь, когда я знаю, что письмо есть, будет использовать послание от матушки, как рычаг воздействия.
Нет, спасибо!
Прочитаю сейчас.
С улыбкой общаюсь к присутствующим:
— Надеюсь, вы простите, господа! Мое женское любопытство не позволяет мне дотерпеть до окончания завтрака.
Ускользнуть во время завтрака нельзя. Пока муж здесь, я должна оставаться рядом. Таков этикет.
Нарушу его — спровоцирую дракона. А я и так уже все утро хожу по тонкому льду. Придется читать здесь и сейчас.
Вскрываю письмо и впиваюсь в мамин округлый, с завитушками почерк на розовом листе, не обращая внимание на драконов, которые опять перебрасываются шуточками про женщин. Смейтесь, сколько угодно!
Чем больше читаю, тем сильнее колотится мое сердце.
И тем сильнее мне хочется провалиться сквозь землю.
«Асмина!
Вынуждена тебе с прискорбием сообщить, что после твоего неразумного, истеричного отъезда у твоей семьи начались трудности. Я же правильно выразилась? Мы все еще твоя семья? Ты же не выкинула нас за борт, как ненужный балласт?...»
Боже, о чем она говорит?!
Не понимаю…
Она меня обвиняет в своих бедах?!
Ерзаю на жестком стуле.
