Здесь, в замке, хорошо, как дома. Особенно, рядом с ней.
Охота сгрести ее в охапку и не отпускать.
Если не взять ее всю, то хотя бы напиться ее тепла, сладкого запаха кожи, волос. Вдохнуть ее аромат, успокоить понемногу зудящий голод в паху и в груди.
В разлуке было паршиво, но там хоть некогда слушать себя, а сейчас в тишине покоев свои желания звучат громче, чем рев лиургов на поле боя.
Она ушла, я остался.
Валяюсь на кровати.
Думал отдохнуть, но сон не идет, несмотря на дикую усталость.
От слов Асмины на душе разливается горечь.
Видеть ее раз за разом, отстраненную, недоступную, — это невыносимая пытка!
Сводит зубы от ее холода.
Самое забавное здесь — Асмина тоже пахнет желанием, а в глазах ее холод. Аш-ш… Цветочек мой упрямый! Сдались тебе другие женщины!
А мне… Зачем они мне сдались, если каждый раз, когда прикасаюсь к кому-то, думаю об Асмине? Здесь в замке полно красавиц, в глазах у которых сплошное восхищение.
Когда я вернулся, они не давали прохода. Надушенные, наряженные крутились под ногами, готовые примчатся в мою кровать по первому зову.
Единственное, что вызвала их доступность, — это раздражение.
В тот момент думал, что виной всему усталость.
Трое суток в бою, без сна, ранения кому угодно снизят градус желания. Но почему тогда при виде Асмины в штанах моментально становится тесно?
Вздыхаю и с силой сжимаю кулаки.
Пора бы уже признать себе правду.
Хочу я лишь ту единственную, что от меня убегает.
Остальные — это способ спустить пар, чтобы не спятить от желания, не пойти к жене и не взять грубой силой.
Хочу заставить ее тело возжелать меня, а потом овладеть! Довести ее до счастливых звезд, чтобы без передышки кричала мое имя!
Казалось бы… чуть-чуть надавить и она прольется сладкой патокой в мою ладонь.
Чего я медлю, чурбан?
Эта женщина сводит меня с ума!
Впервые в жизни мороз по коже — так боюсь ошибиться!
Уже ведь с ней ошибся однажды.
Бросил после помолвки на много лет.
Забыл о ней, вместо того, чтобы быть рядом, караулить свой цветок, чтобы другие на него не смели даже взглянуть похотливо.
Однажды она совсем по-другому на меня смотрела! В день помолвки готова была к любви, тянулась ко мне, как к солнцу.
Что угодно отдал бы, лишь бы она снова мне открылась. Доверилась. Чтобы взяла за руку и посмотрела, как тогда, много лет назад.
Бездна, Цветочек!
Что ты творишь со мной, Асмина?!
Своими нежными пальчиками лепишь из меня верного мужа.
Верный муж, подумать только…
В голове не укладывается.
