— Не переживай! Я этого козла прокляну так, что он домогательствами свою козу до нервного тика доведет, и она при виде него сразу в обморок падать будет!
— Мяу! — поддержал хозяйку и ее фамильяр — беленький веркотик Шайт.
Как же я хотела похожего фамильяра! Или такого, как Бруно… С фамильяра-то все и началось, а вернее с желания его получить.
— Н-е-ет! — снова провыла я.
Девочки замолчали, а я продолжила предаваться своему горю.
— А! — осененная догадкой воскликнула Матильда. — Он тебе руны не расшифровал?
— Не-е-ет! — подумала и исправилась.
— То есть да-а-а!
— Так нет или да?
Я всхлипнула и посмотрела на подруг:
— Не расшифровал, но это неважно, — а потом подумала, что о рунах этот рогатый гад мог мне и рассказать. И вообще гад он, как есть гад. Так бы и кинулась ему в объятия, и чтобы держал крепко-крепко и не отпускал. — Какая же я ду-у-ура!
— Так что случилось-то? — воскликнула уже с испугом Стелла.
— Кассандра, имей совесть! Мы же так не пойми до чего можем додуматься, — воскликнула Матильда, а их фамильяры активно их поддержали.
Я высморкалась, села, посмотрела на них и призналась:
— Кажется, я влюбилась.
— А разве это плохо? — вкрадчиво спросила Матильда. — Или он сказал, что ты ему совсем не нравишься?
— В том-то и дело, что нравлюсь. Своей назвал… — Я всхлипнула, но постаралась взять себя в руки. — И все равно это ничего не значит.
— То есть как не значит? — возмутилась Стелла. — Вызови его обратно, призови к ответу, а то появился тут, рогами поманил, хвостом пощекотал, влюбил в себя, демонюка обаятельный, и скрылся! А ты теперь страдай⁈ Ну нет! Мы еще покажем, кто тут кого пощекочет и поманит, а потом с носом оставит! — воинственно заявила блондинка и потребовала: — Давай вызывай этого рогатого!
Я улыбнулась, невольно проникаясь задором подруг, которые так искренне хотели мне счастья.
Но все слишком непросто, чтобы хотя бы надеяться на это призрачное и желанное чувство.
— Девочки, я вам еще не успела рассказать, но любить мне… не то чтобы нельзя, но вредно для здоровья избранника.
Если он окажется настолько хорош, что не разобьет мне сердце.
— Не поняла… — опешила Стелла.
— Что-то я совсем запуталась, — тряхнула головой Матильда.
— Проклята я. и весь мой род по женской линии."
"И я рассказала все, что мы с Дамьеном узнали от моей прабабушки.
— Н-да… — после длительного молчания протянула Матильда.
— Согласна, — кивнула Стелла.
Я вздохнула и криво улыбнулась:
— Вот я и говорю, что дура.
