Пауза невыносима… Но невероятно хороша! Потому, что я вижу, как неровно двигается ее грудная клетка, прикрываются глаза, и как пальчики скользят по оголенным гладким бедрам.
Волосы собраны в хвост, и я вижу, как бьется на шее венка, вспоминая, что у меня есть запись этого биения. Ее тело чуть заметно сокращается под моим взглядом, и я не спешу отводить его. Хочу, чтобы она плавилась под ним. Наблюдает за моим отражением, в котором я рассматриваю ее. Перевожу взгляд ниже и вижу, как красивые бедра рефлекторно сжимаются.
Хочет меня... – эта мысль опаляет мое тело жаром, заставляя тоже сокращаться от нетерпения.
Мне так много всего хочется сейчас, и я решаю, что из всего этого беспредела могу себе позволить, а что - нет.
Моя рука тянется к кнопке ремня, которым она зафиксирована в кресле.
Замираю, и она быстро вдавливает мой палец вниз. Ремень отскакивает и втягивается, освобождая ее. Еще секунда, и я, забивая на все, тяну ее за талию на себя.
Из моего горла вылетает стон облегчения, когда она, ни секунды не сомневаясь, запрыгивает на меня сверху.
Одним движением откидываю спинку сиденья чуть ниже и отъезжаю назад, давая ей больше пространства.
Мое лицо в ее руках…
Улыбается и плавно покачивается на мне под чувственную музыку.
Я кайфую…
По венам тяжелым потоком течет сжигающее желание. Но мне хочется, чтобы она сама играла со мной. И я, не касаясь, убираю руки подальше.
Хлоя стягивает резинку, распускает волосы, и они шоколадным водопадом накрывают наши лица, окончательно отгораживая от реальности.
Не отводя взгляда, шире разводит бедра и садится прямо на мою эрекцию, заставляя меня шипеть от вожделения. Покачиваясь под музыку, скользит на мне с закрытыми глазами, ее ресницы трепещут, отбрасывая темные тени на кожу… Слышу тихие стоны даже сквозь музыку, чувствую их через вибрацию моей кожи под ее дыханием. Ощущения горячего тела и слишком медленный ритм накаляют меня. Перехватываю инициативу и рывком врезаюсь в нее снизу, ловя ртом тихий вопль.
Прижимаю к себе за бедра до боли, не позволяя двигаться дальше.
Мы задыхаемся от возбуждения.
Ее глаза закрыты, наши языки кружатся.
Ласковые пальчики обводят дуги моих ушей, заставляя меня стонать ей в рот.
Из медленной убойной эйфории нас выводит стук дубинки копа в окно. Он не может видеть нас – стекла зеркальные, и я удерживаю Хлою, не позволяя сбежать на свое место.
Коп дубинкой показывает чтобы мы двигались в уже освобожденный проезд.
