Еле уговорила работать на меня…
Валери достает пачку сигарет и, выудив наманикюренными пальчиками парочку, прикуривает обе, одну протягивая мне. Беру и затягиваюсь. Больше говорить не о чем. Каждый погружается в свою боль. Два страдающих моральных урода…
Рассматриваю профиль Валери - похожи... Очень похожи. Губы... овал лица... изгиб бровей... Но Хлоя мягче, живее, светлее. Валери - темноглаза. Старше лет на двенадцать. Отшлифована, позолочена и стервозна. И между ними целая пропасть, на самом деле. Дай бог, которая никогда не будет преодолена Хлоей.
Дверь медленно открывается – ОНА!
– Вэл, оставь нас на пару минут…
Нет! НЕТ, б**ть, не оставляй нас наедине! – мысленно молюсь я.
Но Царевна встает и послушно выходит, не сказав ни слова.
Хрустальные глаза немного припухли от слез, и сейчас она выглядит еще младше и трогательнее. Мое сердце сжимается…
– Лекс, – вздыхает она. – Я все понимаю… Это - твоя работа и все такое… Но у меня к тебе просьба. Не распространяйся, пожалуйста, об этом.
Замираю, не в силах выдохнуть.
Мой рот открывается и снова закрывается. Все звуки исчезли.
Закусывает губу и закрывает глаза.
– Это так унизительно, что все будут в курсе... Я тебя очень прошу!
– Хлоя… – голоса нет, смотрю на нее снизу вверх. – Что ты говоришь такое?..
– Я понимаю, что здесь это... для тебя это... норма, – уничтожает она меня каждым словом, – но я не смогу работать тут, понимая, что все знают о том, что меня, как последнюю… Я думала, это что-то настоящее, понимаешь… Я бы никогда…
Подскакиваю на ноги, не в силах слушать все это.
- Перестань... - сглатываю ком в горле.
- Если нужно, я заплачу за твое молчание.
– Ты что, б**ть, несешь?! – взрываюсь я. – ЧТО ТЫ НЕСЕШЬ?!
Просто разрывает от ее унижения и от собственного тоже. От того, что считает, что для меня все, что было, ничего не значит! От того, что это что-то значило для нее! От того, что она смеет чувствовать всё это!
Смотрю в ее немного испуганные моей эмоциональной вспышкой глаза и, пытаясь скинуть с себя ярость и боль, несколько раз с рычанием хе*ачу кулаком в стену, пачкая ее кровью.
Боль отрезвляет.
Разворачиваюсь к ее растерянным глазам, совершенно не понимая, что мне делать теперь.
– Хлоя… – шепчу я, качая головой.
Пожалуйста, девочка... не чувствуй этого!
– Спасибо, – кивает она, отводя глаза. – Давай просто сделаем вид, что познакомились только сегодня, хорошо? Мне нужна эта работа.
Киваю, не смея больше ничего сказать, и она, повернувшись, выходит.
