– умоляю, проваливаясь в беспамятство. - Вместе со мной...
И мы бьемся под обоюдные стоны в нашей горячей эйфории. На грани сознания тяну ее на себя, боясь, что она выскользнет из моих рук в воду, и мы, загнанно дыша, затихаем.
Постанывая, несколько раз глубоко вздыхает и, немного приподнявшись, выпускает меня из себя, снова пряча голову на моем плече:
– Ты такое коварное существо, Лекс… – шепчет она, заставляя меня тихо смеяться. - Все время делаешь это со мной...
– Бокалы в твоих руках были перебором… – оправдываюсь я, протягивая ей один, но потом вспоминаю ее «альтернативу» и делаю глоток сам.
Набираю в рот и притягиваю к себе ее алые и опухшие губы. Мы наслаждаемся вместе послеоргазменными ощущениями, оттененными терпким вкусом мартини, позволяя его струйкам стекать по нашим губам, ласково сплетающимся в медленных поцелуях.
Споив ей бокал, переворачиваю спиной к себе, размещая между ног, и расслабляюсь.
– Лекс? – тихо зовет меня, медленно скользя пальцами вдоль моих бедер. – Стихи… это твои, да?
– Мхм, тебе понравилось? – ее руки сжимают меня под водой.
- Понравилось…
– Я написал их для тебя…
– Почитай мне…
– Те же или другие?
– А есть еще что-то?
– Мне кажется, да… Хочешь?
– Очень!
И я читаю…
Видео
«Моё море, прошу тебя, не выплюнь меня на берег
Во время очередной бури твоих истерик.
Я так давно тебя искал по грязным пресным руслам.
Зубами сети рвал, напрягая каждый мускул.
И я готов сожрать пуды твоей горчащей соли"
"За то лишь, что ты здесь остаться мне позволишь.
За то, что дашь и дальше мне дышать своею влагой -
Кроме этого блага мне больше ничего не надо!
Это правда, я за воду, жадно набранную в жабры,
Подарю тебе всего себя. Только не нужно, ладно,
Выбрасывать меня волной на берега изгибы,
И оставлять там подыхать, как ту, другую, рыбу…
Чистый воздух, как едкий дым,
Совершенно непригоден для дыханья.
Рыбы не живут без воды
И не ищут почвы под плавниками.
Рыбы не умеют ходить
И летать не умеют тоже.
Рыбу очень просто убить,
Лишив того, без чего она не может…
Я смотрел на твои фото сквозь призмы аквариумных стекол.
Мои глаза мне врали – не ловили фокус.
Я бился головой об толстый лед этих прозрачных стен.
Лучше смерть среди осколков на полу, чем плен.
Я знал, что должен быть с тобой, еще когда был икринкой.
Поэтому я не лежу с открытым ртом на рынке.
Поэтому я не в цистерне и не в банке консервной.
Я здесь. И я прошу тебя: не надо нервов.
Я так давно тебя искал по грязным пресным руслам.
