– Во сколько тебе обошлась эта «игрушечка»?
Напрягается…
Как же быстро! Как легко все сломать! Несколько слов, и меня нет…
– Гораздо дороже, чем тебе, Бри!
– Оу! Выкупила в долгосрочное пользование?!
Тупая-тупая сука!!!
– Да. Думаю, в пожизненное, – закидывает лицо немного вверх и целует меня в подбородок.
Пока эта тупая сучка переваривает, а я о*уеваю, Хлоя тянет меня за шею, требуя немного наклониться, и шепчет:
– Успокойся, иначе твое сердце отобьет мое до синяков.
– Не поняла… – обтекает Бри, открыв рот.
Но по ее взгляду я вижу, что она ВСЕ поняла!
– Ты не могла бы...? – встреваю я, указывая ей на дверь – терять-то, все равно, больше нечего.
Моя храбрая девочка опять сказала свое слово за нас двоих.
– Мхм, – кивает Хлоя, повторяя мой жест рукой. – Ты, как раз, прервала нас на самом интересном месте.
– Вот это - новость! – жадно сглатывает Бри, сверкая глазами, и, резко разворачиваясь на каблуках, выходит, несильно хлопнув дверью.
Глава 28 - Мое море
Позвякивая ложечкой о чашку, Хлоя задумчиво размешивает сахар в своем кофе.
Он растворился уже пару минут назад, но ее пальцы все гоняют и гоняют по кругу несчастную ложечку.
Мы так ни о чем и не поговорили в ее гримерке. Телефонный звонок дал мне повод уйти от разговора. Я был рад этому, так как не знал, чем он может закончиться, а клуб - это не то место, где, случайно лажанув в чем-то, я смогу удержать ее и объясниться еще раз.
Мне было необходимо, чтобы этот разговор состоялся дома.
И вот мы дома. Сидим напротив друг друга, между нами стол, запах кофе и повисший в воздухе разговор.
И я, бл*ть, боюсь до умопомрачения!
Чего я боюсь?
Сложно сформулировать точно.
Сегодня она еще раз показала, что принимает меня таким, как есть, со всем моим дерьмом. Фактически, она разрулила ту ситуацию, от мысли про которую я просто впадал в панику. Прекрасно осознаю, что, вообще-то, это была моя задача. И от этого мне еще хуже. Меня опять разрывает надвое. Ну, не хочу я для нее такой доли! Сможет ли она каждый раз так спокойно посылать на*уй наших «доброжелателей»? И, вообще, нихрена я не уверен, что Хлоя была спокойна в тот момент.
Что она чувствовала? Я никакого права не имею превращать ее в жизнь в войну за нас.
Чего я боюсь?
Я боюсь боли: ее боли от всего, что сейчас обрушится на нас, и своей - от того, что она не справится с этой ситуацией и бросит меня потом.
Мне страшно, что она исчезнет из моей жизни, и не будет ни единого шанса, что я сдохну после этого достаточно быстро.
