Меня просто накрыло только от одной мысли… Ты знаешь, почему… И, как-то, пьяным, он выговорил мне все это дерьмо! Я ничего не стала брать – ни вещей, ни денег, просто ушла к друзьям, устроилась на работу, продолжала учиться, танцевать, и все наладилось.
– Почему ты? Почему не Валери, например?
– Я была хорошей, послушной девочкой, а Вэл - оторвой. У Ольваре консервативный отец. Да и... Дэм хотел меня... Был влюблен в меня...
Он и сейчас…
Звонок ее мобильного снова прерывает нас, и я знаю, кто звонит. И, бл*ть, с трудом сейчас сдерживаюсь, чтобы не перехватить у нее из рук этот кусок пластика и не…
Она смотрит на экран и скидывает вызов.
– Мне пора. Обещай, что не будешь психовать. Или я не буду больше ничего рассказывать тебе.
– А есть еще что-то?!
Смеется!
И я целую ее в смеющиеся и уворачивающиеся губы – мое маленькое хохочущее счастье!
– Что, проблемная у тебя подружка?
– У меня? – замираю, не в силах вдохнуть. – Хлоя… ты … моя?
– Твоя… – шепчет она, взрывая нахрен мое сердце, ошметки которого летят мне в горло, голову, пах и, конечно же, не минуют мою приятную патологию.
И мне ТАК невыносимо хорошо. И, бл*ть, ТАК о*уительно плохо…
Потому, что это значит, что ее судьба и правда, бракованная!
Глава 22 - Ставки сделаны, карты вскрыты...
Ее давно уже нет рядом, но она все еще здесь. Теперь она есть у меня, и я могу дышать. И кислорода так много, что я пьяный им вдрызг! Одно ее слово сотворило новую патологию с моим организмом, и теперь, вместо того, чтобы выводить токсины, моя печень комбинирует их в амфетамин и выплескивает обратно в кровь.
И уже несколько часов я под кайфом. Полный неадекват!
Твоя…
Твоя…
Твоя…
Сделайте мне лоботомию. Оставьте только этот кусочек! Мне вполне хватит для счастливого существования.
Моя…
Что это значит? Даже не представляю! Но, бл*ть, как же хорошо! Даже, если по факту это ничего и не меняет.
В каком смысле она моя?
Ведь у меня в голове миллион смыслов этого слова! А у нее? Насколько мы теперь ближе? Что это меняет? Я нихрена не секу в обычных отношениях и чувствую себя влюбленным подростком.
– Лекс, за Хлою отработаешь в седьмом выходе… – Шон сует мне в руки распечатку программы, и я киваю. – Я музыку поменял на одиннадцатую композицию.
– Без проблем.
Она останется у меня? Я теперь могу попросить об этом?
Наверное, рано еще…
А когда не рано?!
Завтра?
Послезавтра?
А если что-то случится, и она передумает?
Наверняка, ведь случится…
Нет. Нет.
