Сейчас начнется…
– Лекс, ты е*анулся?!
– Элли, не надо.
– Ху*и, ты морочишь девчонку? Она, бл*ть, ванильная до мозга костей! Родоки, конечно, буржуа, но! Ты же не думаешь, что она купит тебя в долгосрочное пользование?
– Заткнись, просто…
– Лекс?...
– Алиса. Ты гонишь!
– Нееет! Я не слепая. Ты клеишь ее! Нахе*а?!
– Отвали, кроха! Я ее не клею… Все не так.
– Лекс?
Заглядывает мне в глаза. А там - ответ, который ей не нужно знать. Который никому не нужно знать! И я отворачиваюсь.
– Ты, что, ЗАПАЛ?! – переходит она на ультразвук, вцепляясь мне в лицо руками и заставляя смотреть на нее.
Я закрываю глаза.
– ТЫ ОХРЕНЕЛ?!
– Элли, не лезь в это! – скидываю ее руки и выхожу из курилки.
Это, бл*ть, плохо. Но могло быть и хуже…
Хлоя в наушниках рядом с Роном. И меня опять сводит судорогами ревности. В его руках ее плеер, и он что-то там мутит с кабелем, не отрывая от нее глаз.
– Вы закончили? – кричит им Шон. – Включай двенадцатый трек, попробуем под него.
Рон негромко врубает какую-то приятную миксовочку.
– Эй! – возмущенно кричит Шону Хлоя. – Это моя!
Тут же выскакивает на центр сцены, показывая мне и Шону язык, и начинает свою партию. Это что-то новенькое, и мы все пялимся, включая стрипов, которые что-то мутили на танц-поле. Они ее, вообще, видят в первый раз.
Рон делает громче.
Музыка ломанная, и Хлоя, пульсируя, красиво подламывается по спирали под каждый мелодичный рывок. Срывая с волос резинку, добавляет к идеальной игре тела и их ритмичные всплески.
Моя Пружинка пружинит, вибрируя и пульсируя, выдавая какой-то, только ей доступный, очаровательный хаос-поппинг и, чуть-чуть, тектоника, но рваного, как и музыка.
На мелодичном, чувственном проигрыше на несколько секунд срывается в такой эротичный и пластичный стрип, закрывая глаза и закусывая губку, что я теряю дыхание. А потом - опять игривая ломка – талия, бедра, плечи, руки, волосы… И снова проигрыш… Ее ротик чувственно приоткрывается, дополняя эротичную пластику. В глазах секс и вызов!
О-о-о…
И эти ее перепады от невинной игривости к дерзкой сексуальности нахрен сносят крышу.
И не только мне.
Все, бл*ть, пялятся, открыв рты.
Она замирает на последних звуках, и мы аплодируем.
– Умничка! – хвалит Шон довольно улыбающуюся Хлою. – Оставляем за тобой! Для Алекса тогда Fire Hive, – бросает он Рону.
Я знаю эту композицию.
Хлоя, освобождая мне центр, чуть заметно подмигивает, и мое настроение тут же взлетает до небес.
