Да и вашего человека, который организовал нападение, я тоже не убил, хотя мог.
От закованной в металл фигуры, которая была окружена мерцающими энергетическими щитами, повеяло мрачностью."
"— Моего человека? Дом Голицыных не стал бы атаковать главу другого рода без объявления войны. Да и за что? Савве давно пора перестать маяться дурью и начать думать прежде, чем делать.
Он настолько быстро влез в бесхитростно расставленную ловушку, что я невольно заподозрил подвох. Как-то не вязался этот князь со всем, что я слышал о Голицыных и их делах.
— Тем не менее, они на меня напали. Подрядили наёмников из «Болотного отряда», которые не справились с задачей. Доказательства у меня тоже есть. Родовой перстень одного из членов вашего рода. Вернее то, что от него осталось.
В следующий момент, патриций натурально взревел.
— Перстень рода? Не лги мне отрок! Ты убил эту мерзость, за что я тебе благодарен, но не переходи черту!
Знал бы он, сколько раз я слышал слова про черту от самых разных смертных, когда пребывал в теле очередного аватара.
Наверное изрядно бы удивился.
— Когда закончим здесь, я с радостью покажу остатки этого перстня. А дальше, сами разбирайтесь, кому он принадлежит и почему вас не поставили в известность.
Несколько секунд он молчал. Буравил меня взглядом и раздумывал.
— Если всё так, как ты говоришь и мы пытались убить тебя из-за результатов дуэли, то ты получишь самое ценное в этом мире. Извинения Ярополка Голицына.
Сандал издевательски захохотал, передав мне мысль о том, что более роскошного объяснения скупердяйству ещё не слышал.
А сам патриций, момент помолчав, продолжил.
— Ещё у тебя появится право на одну просьбу. Но если ты лжёшь, то последствия тебе не понравятся.
Я согласно кивнул и показал на контейнеры, заполненные живым товаром.
— Что делать с этим?
Тот снова присмотрелся к грузу. Угрюмо произнёс.
— Живая да мёртвая водица. Вот уже не думал, что снова с этим столкнусь.
Вроде бы начал говорить что-то ещё, но сразу же осёкся.
Глянув на меня, снял оба слоя энергетической защиты и снизил концентрацию силы в обычном доспехе, который сразу перестал ярко сверкать. Потом убрал в ножны меч и стянул с правой руки стальную перчатку. Неожиданно откинул в сторону один из компонентов доспеха.
Увидев дарфон, который извлёк оттуда князь, я с невольным удивлением хмыкнул. Сам патриций снял с головы шлем и зажав его под мышкой, буркнул.
— Такие вот у нас теперь времена, отрок. Сложные.
