Нам пришлось разделиться и сейчас богиня была только под своим собственным щитом, что внушало опасения. Но выбора у меня не было.
Второй всадил копьё в крыло земляного дракона и я почувствовал, как завибрировало тело конструкта — враг пытался разрушить его энергетический каркас. Лишить меня воздушного зверя.
Клинком его было не достать. Зато плеть Аматэрасу справилась на отлично — отсекла его руку, заставив отпрянуть в сторону. потом я рывком оказался на расстоянии удара меча и всадил оружие в бок. Проделав с его каркасом то же самое, что он пытался провернуть с моим драконом.
Потом снизу взметнулись фонтаны воды, на момент сковавшие одного из оставшихся врагов и я снова пустил в ход оружие. Правда, на этот раз божественная сталь завязла в многослойной энергетической броне, которой успел окружить себя противник.
Пара оставшихся копейщиков отлетела чуть в сторону. Опустив копья, замерли, едва различимые из-за кружащего праха."
"Спустя несколько секунд стала понятна причина их поведения — рядом оказалась фигура ещё одного врага.
Правда этот выглядел куда сильнее прочих. Источал мощную омерзительную ауру, которая пробирала даже через выставленный щит. А ещё он решил со мной поговорить…
— Тебе не победить. Сдавайся и мы пощадим тебя до прибытия хозяев. Они любят смелых — возможно тебе предложат службу.
Хотелось сорваться с места и вколотить это предложение ему в глотку, вместе с клинком меча. Но каждая секунда разговора давала дополнительное время Мьёльниру, чьё напряжение я чувствовал краем сознания.
К тому же, это создание циклопа, сожри Кронос его пустую душу, было источником информации.
— Кто вы такие?
Чтобы пробиться сквозь выставленные щиты и завывающую вокруг бурю, пришлось использовать Глас. Зато слова точно дошли до адресата — наш противник слегка поморщился.
— Вопрос, который я каждый раз слышу от дикарей. Мы, воины Дома Нахелар. Теперь этот мир принадлежит нам.
Я усмехнулся.
— Где тогда ваша армия вторжения? Или для того, чтобы захватить мир, вы хотите сначала истребить всё его население?
Странно, но энергетический конструкт отреагировал вполне сдержанно.
Да ещё и развернул диалог весьма неожиданной стороной.
— Понимаю, тебе страшно и ты ещё не осознаёшь всего масштаба ситуации. Когда-то я тоже был дикарём. Одним из миллионов аборигенов, что топчут землю, мнят себя значимыми и воюют друг с другом из-за какой-то ерунды. Истово ненавидя тех, кто отличается цветом кожи, разрезом глаза или хотя бы языком.
