"
"Настя сначала веселилась, потому что Черное море и мыши - это смешно, потом стала предлагать варианты формулировок, пока не пришла к таким определениям, которые устроили требовательного и поднаторевшего в научной работе Чистякова.
- Все это замечательно, - констатировал он, прочтя обоснование и рабочую программу, - но для первого раза не пойдет.
- Как это - не пойдет? - возмутилась Настя. - Ты же сказал, что замечательно.
- То, что замечательно, годится только для третьего раза, в самом крайнем случае - для второго.
Для первого раза это не пойдет, я ведь объяснял тебе, что и как. Ты хочешь выстроить нормальные отношения с научным руководителем?
- Хочу, - послушно кивнула Настя. - Только я не хочу по аптекам и дачам ездить, я хочу диссертацию написать и защитить.
- Ну, насчет аптек и дач - тут я тебе ничем не могу помочь, это уж от тебя самой зависит, как ты себя подашь. А если хочешь нормально обсудиться на кафедре и выйти на защиту, не строй из себя слишком умную.
Перепиши цели, задачи,, предмет и объект, чтобы твоему профессору было за что тебя покритиковать, а когда он начнет тыкать тебя носом в твои ошибки, кивай, благодари и кланяйся, задавай вопросы, выслушивай его объяснения и обещай все исправить. А уж во второй раз принесешь ему вот это, - Алексей потряс листками, которые держал в руке. - Хотя лучше бы, конечно, не во второй раз, а в третий, но ты у меня девушка нежная, двух сеансов несправедливой критики, пожалуй, не выдержишь.
И вот теперь Настя сидела в кабинете Городничего и покорно слушала его нелицеприятные высказывания в адрес подготовленных ею документов. Поразительно, но Лешка предугадал не только развитие событий, но даже отдельные фразы и словесные обороты. Неужели научное сообщество до такой степени однородно? Ведь у Лешки окружение - математики, технари, а здесь - криминология, юриспруденция, одним словом, сплошная гуманитарщина. Чудеса какие-то! Ей было одновременно противно, немного обидно и очень смешно.
Но улыбаться нельзя, надо быть серьезной и внимательной.
Аудиенция закончилась быстро, вероятно, профессор куда-то торопился. Следующий вариант обоснования и рабочей программы он велел принести в понедельник, потом посмотрел расписание, обнаружил, что в понедельник у него занятий нет и, стало быть, приходить на кафедру с утра не нужно, и назначил встречу на вторую половину дня.
