Значит, представь себе семью, в которой трое детей, причем только один - средний ребенок - рожден от мужа и жены. Старшего ребенка жена родила от любовника, с которым встречалась до брака, младшего - тоже от любовника, но уже в замужестве. И муж, то есть господин Лозинцев, в обоих случаях полностью в курсе. Детей любит, воспитывает и растит как родных, при этом точно знает, что из троих родной только один. Более того, семейка эта такая специфическая, что все все про всех знают. В том числе старший ребенок, девочка, знает, что рождена вне брака и от другого отца, и знает, что и младшая девочка - от любовника.
Средний ребенок, мальчик, знает все про своих сестер. И вот младшую девочку убивают. Какие у тебя возникают идеи?
- У-у-у, масса всяческих, - протянул Чистяков. - Возраст-то у детей какой?
- Когда девочку убили, старшей сестре было пятнадцать, а брату двенадцать.
- И брат, как ты говоришь, рослый?
- Ага, высокий и спортивный.
- А папа?
- Ну, сам понимаешь… Конечно, детей он вроде любил, но всему есть предел, и ангельскому терпению тоже.
- Понимаю, - кивнул он. - Убийство-то раскрыли?
- В том-то и дело, что раскрыли. Человек пожизненное получил, у него серия была, девять эпизодов. Убивал и насиловал девочек. Но, Леш, ты же знаешь цену нашим раскрытиям. Вон специалисты исследования проводили, так у них получилось,,что процент судебных, ошибок равен чуть ли не тридцати. Даже если эта цифра завышена - ну ладно, пусть в два раза, то есть не тридцать, а пятнадцать процентов, но все равно это означает, что каждый шестой-седьмой осужденный сидит за то, чего он не совершал.
То есть что-то он, конечно, совершил, но плюс к его собственным достижениям ему еще и чужих подвигов навешали полную котомку.
- Ты хочешь сказать, что у тебя появились подозрения насчет этого убийства?
- Ну… не то чтобы совсем уж подозрения, но какую-то неуютность я ощущаю. И мне нужно поговорить с Андреем Николаевичем не только как с отцом убитой девочки, но и как с отцом двух потенциальных подозреваемых, и как с подозреваемым тоже.
Поэтому мне не хотелось договариваться о встрече с ним лично. Он бы не отказал мне, но морально подготовился бы. А так все получится внезапно… Не знаю, Леш, может, я и не права. Может, мне просто надоело готовить обеды и я захотела поесть шашлыков, о которых ты так вкусно рассказывал.
- Значит, мы сегодня не отдыхаем, а работаем, - констатировал Чистяков. - Ладно, чего рассиживаться, пошли твоих баскетболистов искать, а заодно и моих балбесов.
